Часть 15
20 августа 2020 г. в 10:09
– Доброе утро. Меня зовут Алейна Стоун, – Санса посмотрела на себя в зеркало и еще раз провела кисточкой туши по ресницам. – Доброе утро, – сказала она чуть медленнее. – Меня зовут Алейна Стоун.
Она отошла от зеркала на шаг и внимательно оглядела свое лицо. На этот раз это была другая Алейна Стоун, пропал яркий макияж и высокий хвост на макушке. Волосы Алейны были собраны в тугой гладкий пучок, макияж пристойный, уважительный, офисный, столь же благопристойным был ее наряд – просто черное платье для беременных и серый жакет с гладкими пуговицами, гладкие лодочки на низком каблуке.
– Доброе утро, – Санса улыбнулась отражению в зеркале, снова повторяя отрепетированный текст, старательно отбивая согласные, как делали в Речных Землях. – Меня зовут Алейна Стоун, и мне бы хотелось пройти к своей ячейке. Вот документы.
– Конечно, мисс Стоун. Пожалуйста, ваше удостоверение личности, – женщина-клерк была, судя по внешности и акценту, дорнийкой, и она совершенно не обратила внимания ни на внешний вид, ни на акцент Алейны. Само собой, обратила бы, если бы Алейна была потаскушкой из Блошиного Конца, подумала Санса, продолжая вежливо улыбаться банковской служащей. Та нахмурилась. – Мисс Стоун, вы в курсе, что в вашу ячейку была как минимум одна неудачная попытка входа?
– О да, я помню, – кивнула Алейна. – Я тогда перепутала пароль. По счастью, мне удалось найти свои старые записи.
Служащая с сомнением оглядела ее.
– Вы не будете против, если наш сотрудник пройдет с вами, когда вы будете открывать вашу ячейку?
– Нисколько, – внутри Сансы все похолодело, но она продолжала держать лицо. Дорнийка забила что-то в компьютер, сделала звонок, и вскоре к столу подошел крупный мрачный мужчина в костюме и с гарнитурой в ушах.
– Морс, сопроводи мисс Стоун в хранилище 8, пожалуйста.
– Подождите, – Санса приподняла руку и заметила, как дорнийка отметила отсутствие обручального кольца. Не дорнийцам это отмечать, фыркнула про себя Санса, но сделала вид, что не обратила внимания. – Есть еще одна ячейка, которую я бы хотела открыть, – она протянула документы на ячейку Джона Лордхенда и доверенность на распоряжение его имуществом. Она сильно рисковала, что кто-то здесь докладывает Бесу, но… Они договорились, что она отдаст ему пистолет из ячейки мамы. О второй ячейке он ничего ей не говорил.
Дорнийка вскинула брови и снова застучала по клавишам.
– Это хранилище 2, – равнодушно бросила она, – без дополнительной защиты. Морс, проводишь мисс Стоун туда тоже.
Охранник согласно кивнул, вытягивая руку в сторону.
– Пройдемте, мисс.
Санса думала, что хранилище будет где-то в подземельях, но на лифте они поднялись наверх. Вместе с ними ехали другие деловитые, занятые своими делами люди, и всем было совершенно без разницы, куда идет беременная женщина в сопровождении охранника – такую картину они все видели не раз. Санса не могла не задуматься, что все это было как-то нереспектабельно – как и то, что у нее, например, не взяли отпечатков пальцев – разве это не первое, что полагается взять в случае, когда надо определить личность? Как вышло, что в банк входит уже минимум третья Алейна Стоун, явно не то что не состарившаяся, а еще и помолодевшая за шесть лет, а никто и бровью не ведет?
А с другой стороны, мама шла в этот банк под чужим именем, как и папа, кстати, и вряд ли им очень хотелось светить своими отпечатками пальцев…
Санса вспомнила все эти теории заговора о Банке Старомета, что здесь, дескать, с самого его основания вели темные дела… Может в них и была капля правды, в этих теориях заговора? Может Золото Мейстеров и правда существует? И тайные сокровища Таргариенов? И казна Пиков, может она и правда так и лежит где-то здесь, в хранилищах банка, так и не востребованная никем?
Когда они вышли из лифта, Санса утешилась, коридор, ведший в хранилище внушал больше уважения, чем лифт: тут тебе и камеры повсюду, и тяжелые железные двери, и огромные решетки в виде вторых дверей за ними, и до зубов вооруженные мужчины, зыркающие на каждого, как на врага.
– Прошу, мисс.
Ее встретил мужчина и потребовал у нее документы, Санса протянула ему приготовленный дорнийкой лист, и мужчина повел ее к длинной стене ячеек. Он подошел к одной из них и открыл ключом дверцу, открывая ее, и за ней оказалась вторая дверь, с циферблатом для ввода пароля. Мужчина отошел подальше, но охранник стоял рядом с ней, чуть ли не впритык.
– Прощу прощения? – сладко улыбнулась ему Санса, но мужчина просто посмотрел на нее.
– Мне велено оставаться с вами.
– И все же, не могли бы вы не заглядывать мне через плечо?
Мужчина послушно отступил от нее на два шага назад и влево, и Санса подавила желание вздохнуть. Он все еще был рядом, и он все еще смотрел.
Что он сделает, если Санса не угадает пароль?
Пять символов. Вот что сказал Бес. Пять символов, и это не Старк и не Талли.
Мама, подумала, Санса, никогда не была фанатом кибербезопасности. Бран часто взламывал ее пароли на вай-фай, и слово «взламывал» было очень сильным термином. Это обычно были «Пароль» или «123456» или, да, «Талли».
Пять символов. У Сансы была идея.
Она оглянулась на охранника и накрыла рукой циферблат. Она начала медленно вводить буквы. «Р». Робб. «С». Санса. «А». Арья. «Б». Бран. «Р». Рикон.
Санса дернула ручку и резко выдохнула через нос.
Не получилось.
Санса закрыла глаза. Мама. Мама, что за пароль ты придумала? Что это может быть, мама?
Санса не сомневалась, что это должно быть связано с ними, ее детьми. Для мамы ничего не было дороже их пятерых, она не могла не воспользоваться тем, что тут пять символов. Но… Столько вариантов… От младшего ребенка к старшему. Сначала девочек, потом мальчиков, сначала мальчиков…
Нет. Не так, что-то другое.
Мама никогда не выдумывала ничего слишком сложного.
Пароль, 123456 или Талли.
Письмо от тети Лизы…
Мама называла Сансу «стрекозой», или муравьем, или…
Как называла мама остальных? Робба? Арью?
«Моими волчатами».
Волчата.
Когда Сансе было тринадцать, папа сказал, что нашел у дороги волчат, оставшихся без матери, которую сбила машина, и Арья уговорила отца отвести их в заповедник, где их выхаживали. Папа был самым богатым донором региона, и за щедрое пожертвование детям позволили навещать волчат, пока не пришло время отделить их от людей – тогда они могли следить за ними через веб-камеры. Но их было две самочки, и четыре самца, это было как самое невероятное совпадение, и каждый из них считал одного из них своим.
Где-то по лесам Севера бегает волчица Сансы. Жива ли она еще?
«С». Серый Ветер. Волк Робба. Серый, с желтыми глазами, самый сильный из всех, лидер, альфа, вожак.
«Л». Леди. Волчица Сансы. Самая маленькая, самая хорошенькая, самая милая, самая красивая из всех волчат.
«Н». Нимерия. Волчица Арьи. Смелая, дерзкая, находчивая.
«Л». Лето. Волк Брана. Дымчато-серый, с серебристым отливом в шерсти.
«Л». Лохматый Песик. Волк Рикона. Он больше всех отличался от других, черный, с зелеными глазами, крупный и крепкий, с таким неподходящим именем…
Раздался щелчок, и дверь приоткрылась сама собой.
Санса зажмурилась, запрещая себе плакать, хотя именно этого ей хотелось сейчас больше всего. Никогда она не чувствовала себя так близко к маме.
Мама, мамочка… Санса кусала губы, напоминая себе, что за ее спиной все еще стоит этот охранник, что у дверей стоит другой, что они оба смотрят на нее. Мамочка, слышишь ли ты меня?
Санса открыла дверцу и потянула за ручку. Из ячейки выскользнул металлический ящик.
– Вы можете осмотреть содержимое в кабинке в углу, – равнодушно сказал охранник, и Санса благодарно кивнула. Она не стала тратить время на осмотр всего, что было в ящике, кроме отдельной пластиковой коробки – единственное, что по размеру могла содержать в себе пистолет.
В коробке был сверток, аккуратно завернутый в обертку из бумаги и, Санса попробовала пальцем – тканью? Она не решилась разворачивать сверток тут же и только взвесила его в руке. Да, это наверное был пистолет. Она снова положила его в коробку, а коробку переложила в сумочку, радуясь, что взяла достаточно для этого большую. Остальные вещи из ящика – конверты, еще какая-то коробочка, папки – она переложила в холщовую сумку для покупок.
Когда она вышла из кабинки, охранники поглядели на сумку для покупок, приподняв брови, и насмешливо уставились на нее. Санса бесстрастно прошла мимо них к выходу, как будто женщина в деловом наряде, в банке, в хранилище с решетками и вооруженными охранниками, с заношенной розовой холщовой сумочкой для покупок с надписью «Флориан и Джонкиль навсегда!» и узором сердечками – было чем-то совершенно нормальным.
В ее оправдание, это было все, что у нее было под рукой, потому что Санса не подумала заранее, что ей понадобится какая-то сумка.
– В хранилище 2, пожалуйста, – как можно равнодушнее сказала она.
Хранилище 2 было куда менее внушительным: больше народу, меньше решеток, более расслабленный вид у охранника у двери. Ее провели к ячейке, и она набрала код, который запомнила заранее, он был среди документов Джона Лордхенда.
Внутри была простая картонная коробка, как будто из под обуви, только без логотипов, но когда Санса попыталась достать ее одной рукой, коробка удивила ее неожиданной тяжестью. Стол для осмотра вещей стоял у самих ячеек, и Санса опустила коробку на него и приподняла крышку. Внутри было что-то, упакованное в матерчатый мешочек.
Санса нахмурилась, решая, что делать дальше. Она достала мешочек, внутри которого было что-то твердое, с острыми углами, и переложила его в сумку для покупок, тонкие ремешки которой опасно натянулись.
– Благодарю, – улыбнулась она охраннику и попросила провести ее к выходу.
У выхода она подписала бумаги (Алейна Стоун, напомнила она себе, пытаясь имитировать почерк мамы) и пошла к парковке, где оставила арендованную машину.
Она была уже на полпути к гостинице, когда зазвонил телефон, и увидев, кто вызывает, Санса подрулила к обочине в поисках места, где можно безопасно припарковаться.
Телефон трезвонил, не умолкая.
– Да подожди ты, ради Семерых, – прикрикнула она, пристроившись наконец в свободное место между двумя машинами. – Здравствуйте, мистер Ланнистер, – уже вежливее поприветствовала она Беса.
– Ну, и как? – спросил тот, не здороваясь.
– Я достала содержимое ячейки.
– Вот и замечательно. Пистолет у вас?
– Я не уверена… В ячейке была одна коробка, в которую может поместиться пистолет, но там все плотно завернуто, и я не разглядывала…
– Это оно, уверен. Что ж, держите его крепко и везите ко мне.
– Не волнуйтесь, он у меня в сумочке. Я вылечу сегодня вечером.
На том конце линии повисло молчание.
– Мисс Старк, – медленно сказал Тирион Ланнистер. – У вас в сумочке – пистолет. И вы собираетесь лететь самолетом? Мисс Старк, – участливо спросил он, – у вас все в порядке с головой?
Санса уронила лоб на руль и несколько раз несильно побилась об него, в раздражении на себя.
– Простите, мистер Ланнистер. Я не подумала, – выдавила она в трубку, ругая себя последними словами.
– Да уж надеюсь. Потому что если бы вы собрались это устроить, как следует подумав… Хватает уже, что вы шныряли по Банку Староместа, размахивая идиотской сумочкой из сопливого сериала.
Санса замерла.
– Вы… Вы следите за мной? – визгливо спросила она, настороженно оглядываясь по сторонам.
– Мисс Старк, вы меня ошеломляете. Ну конечно же слежу. Кое-кто, не будем называть имена, грозился заложить меня Станнису, если припоминаете.
– Если бы я работала на Станниса… – запальчиво начала Санса, но Тирион ее перебил:
– Если бы вы работали на Станниса, я бы это про вас уже знал. Я вообще многое о вас знаю, мисс Старк. Это моя работа. Я пью и знаю разные штуки. Поэтому, будьте добры, сдайте билет на самолет и покупайте билет на поезд.
– На поезд?
– Да, мисс Старк. На поезд. Знаете такое средство передвижения? На землю укладываются деревянные шпалы, поперек них – железные рельсы, и по ним пускают длинную штуку, едет со звуком «чух-чух-чух», Баратеоны на них сделали в свое время состояние.
– Мистер Ланнистер…
– И выбросьте эту мерзкую сумку, Неведомого вам в задницу, смотреть на нее тошно! – С этими словами Ланнистер отключился, и Санса раздраженно уставилась на телефон, посылая все возможные проклятья в сторону Беса.
Она снова огляделась по сторонам, пытаясь найти «хвост», но так и не поняла, кто же за ней следит, и Санса снова завела машину.
В номере она разложила все, что принесла из банка, на кровати и уставилась на весь этот беспорядок, не представляя, за что хвататься первым. Пистолет? Коробка из ячейки папы? Документы? Что?
Пистолет, решила она. Сначала пистолет.
Санса надела резиновые перчатки и аккуратно развернула бечевку, связывающую сверток, развернула бумагу, простую коричневую упаковочную бумагу, сверток под ней был завернут в кухонное полотенце, и Санса удивленно приподняла брови, разглядывая его. Простое белое кухонное полотенце, с принтом в виде голубых птиц по краям. Санса нахмурилась. Полотенце казалось очень старым, подумала она, ткань уже истончилась, в одном месте она разошлась под ее пальцами.
В полотенце был завернут пистолет, теперь это было видно. Он был упакован в целлофановый пакет, герметично запечатанный, как будто на кухне.
Санса помнила тот пистолет, из дома Ланнистера. Он не был так запечатан, его не старались сохранить, подумала она, а этот старались. Это точно было оружие убийства, подумала она. Кто-то пытался сохранить его. Из этого пистолета, со странным воодушевлением и страхом подумала она, кто-то убил человека, или по крайней мере ранил. И потом этот пистолет попал к какому-то другому человеку, и этот человек решил его сохранить.
Она представляла себе этого человека. Вот он идет домой, аккуратно держа пистолет так, чтобы не коснуться его. Карандашом под курок? Руками в перчатках? Как-то, чтобы не стереть отпечатки пальцев, решила она.
Он идет домой. А вернее, на свою кухню. Там он упаковывает пистолет в пакет и запечатывает его специальным устройством для герметичной упаковки продуктов. У них была такая дома, помнила Санса, мама упаковывала так продукты для кладовки… У них были слуги, вспомнила Санса, но мама всегда предпочитала заниматься кухней сама…
Что бы то ни было, этот пистолет не был упакован на их кухне, подумала Санса. Это полотенце – Санса такого не помнила. У них не было таких полотенец. Мама всегда покупала все полотенца на заказ из маленькой мануфактуры на Севере, и их полотенца всегда украшали силуэтами волков или рыбок, никогда птиц.
Он идет домой, в свою кухню, упаковывает пистолет в пакет, запечатывает его, заворачивает в полотенце, в коричневую упаковочную бумагу и… Что потом? Передает его папе? Маме? Какое они имеют к этому отношение? Какое Ланнистеры имеют к этому?
Нужно ли было отдавать это Ланнистерам? Мама не хотела этого. Папа не хотел этого.
Но у Сансы не было выбора, подумала она, внимательно разглядывая пистолет через целлофан. Она не разбиралась в оружии, поэтому не могла сказать, обычный это был пистолет, или какой-то из ряда вон. Он казался красивее того пистолета из квартиры Беллы, или пистолетов, которые носил Сандор – какой-то более гладкий, блестящий… Или это значило, что это был плохой пистолет, подумала она. Вряд ли Сандор стал бы пользоваться плохим оружием, учитывая, каким удобным было его компьютерное кресло. Он одевался в дешевую одежду и пил дрянное вино, но компьютер и кресло были дорогими и качественными, и оружие должно было быть таким… Значит, пистолет Сандора был хорошим, а этот, скорее всего – дрянным.
Или все не так, и она ничего не понимает, и какого Неведомого здесь происходит, и как она попала во все это, Иные ее побери?!
Санса снова упаковала пистолет в полотенце и бумагу, и решила теперь посмотреть бумаги, оставив папину коробку на последнее.
В мелкой коробке лежал телефон. Это был смартфон, довольно старый и дешевый, и конечно же, с давно севшей батареей. Зарядка Сансы к нему не подошла, и Санса отложила его в сторону. Там лежало также несколько сим-карт и, странное дело, библиотечная карта. Санса отложила все в сторону. Бран звонил ей перед ее отъездом в Старомест, сообщая, что уже скоро вернется, говоря, что кое-что узнал, но им с Мирой и Жойеном надо съездить еще куда-то, прежде чем он приедет в Королевскую Гавань. Когда он приедет, она отдаст ему это.
Во второй маленькой коробке лежало мамино кольцо.
Санса совсем забыла о нем. Мама никогда его не носила.
Это было кольцо-печатка, но тонкое, легкое, какой-то странной формы, неудивительно, что маме не хотелось его носить. На нем была выбито изображение рыбки, форели, подумала Санса, герб дома Талли.
Ну да, форель – герб дома Талли, как лютоволк был гербом дома Старков. Санса начала вспоминать. Она видела это кольцо, когда рылась в драгоценностях мамы, примеряя на себя, когда была маленькой, пока мама собиралась куда-то… Санса нашла его и сказала, что это ужасно уродливое кольцо, и мама ответила, что так и есть, но папа заказал его специально для мамы, в пару к его кольцу.
Ну да, подумала Санса, надевая кольцо на палец. Ее руки немного опухли, и кольцо пришлось надеть на мизинец.
В пару к кольцу папы. Его старинное кольцо-печатка, с гербом Старков, которое досталось ему от его отца, а тому от его отца, и так много поколений подряд…
Во время Великой Революции, вспомнила Санса, перед тем как взойти на гильотину, лорд Брандон Старк, друг несчастного короля, передал это кольцо своему верному слуге, навестившего его в тюрьме в ночь перед казнью, и попросил передать это кольцо его сыну, который собирал войска роялистов на Севере, и слуга справился с этим заданием, преодолев ужасающие опасности.
Куда пропало это кольцо? Оно пережило революцию и несколько войн, где оно теперь?
Осталось только это новодельное безобразие, по какому-то странному капризу заказанное отцом для мамы.
Кольцо уродливое, странное, но последнее, что осталось от драгоценностей мамы.
Санса только сейчас заметила, что плачет. Она отерла слезы рукавом, не обращая внимания, что размазывает тушь по почти новому платью, и взялась за ближайшую к ней папку.
Опять банковские данные и какие-то документы. Санса ничегошеньки в этом не понимала. Тут были нужны бухгалтеры и юристы.
Зачем только она пошла изучать историю?
Санса раздраженно вздохнула, перелистав еще несколько конвертов и папок, пока не взялась за одну, на которой стоял логотип лаборатории «Пицель».
Она высыпала из нее бумаги, и среди многочисленных испещренных черным шрифтом листов, посыпались фотографии. Санса начала собирать их и замерла.
Джендри.
Это была фотография Джендри. Да, он был тут маленьким мальчиком, но… Это был он!
Санса начала рассматривать другие фотографии. На них были дети. Разного возраста, разного пола, в основном совсем маленькие, кроме… Мии Стоун!
Санса ошеломленно открывала и закрывала рот, пытаясь понять, что это значит.
Наконец она протянула к себе бумаги.
«В шестой день восьмого месяца текущего года, по распоряжению заказчика нам были предоставлен генетический материал объекта «Ребенок А» для теста на установление отцовства. Генетический материал объекта «РБ» находится в хранилище лаборатории как предоставленный ранее.
По результатам теста является ли объект «РБ» отцом «Ребенка А» – отцовство не исключается».
Санса нахмурилась.
Она начала рассматривать следующие бумаги. Текст почти везде был идентичный, кроме дат. Заказчик предоставлял генетический материал «ребенка А», тот сравнивали с материалом «РБ», который хранился в лаборатории, и ответ всегда был идентичный – отцовство не исключается. Менялись только даты.
Все это происходило в течение многих лет.
Санса вдруг вспомнила, что в одной из папок видела конверт, на котором было написано «по ДНК».
Она покопалась в бумагах и нашла его. Она отложила его, потому что там были сложные юридические договоры, в которых ей не хотелось рыться, но теперь она решила все-таки продраться сквозь них.
Она посмотрела на дату первого из них, потом перелистала результаты анализов. Да, один из анализов был сделан за четыре месяца до даты составления договора.
Санса снова пролистала анализы, сопоставляя их с договорами.
Каждый раз проводился анализ, и каждый раз через несколько месяцев после него составлялся договор, и Санса наконец начала понимать, что происходит.
Имена не назывались, каждый раз упоминались какие-то фирмы, какие-то компании, но с каждым документом становилось все понятнее.
Отцом всех этих детей был Роберт Баратеон.
Санса снова подняла фотографии и перелистала их. Джендри. Мия Стоун. Одна из маленьких девочек показалась похожей на Беллу. Шестнадцать всего. Санса хохотнула. Шестнадцать.
Джендри был сиротой из Блошиного Конца, что с детства шатался по приютам и опекунским домам, и он оказался сыном миллиардера, у которого пятнадцать, нет… Восемнадцать… То есть, нет, теперь семнадцать братьев и сестер! О которых он и понятия не имел.
Это было невероятно. Санса сжала переносицу. Как Арья познакомилась с Джендри? В автомастерской, вспомнила она.
Ну конечно. Они с папой заезжали в автомастерскую, ремонтировать его машину.
Папа знал, что это сын его друга, и он приходил на него посмотреть.
У Сансы закружилась голова.
Она снова перелистала бумаги.
Каждый раз, когда подтверждался анализ, Роберт отписывал часть имущества, какие-то акции, какие-то компании, он передавал их кому-то, и Санса начала понимать, кому, обратив внимание на название одной из компаний. «Золотая львица».
Серсее. Серсея находила его внебрачных детей, и он откупался от нее акциями, компаниями, согласием на реструктуризацию какой-то компании. Иные возьми, остров в Летнем море! Частный остров в Летнем море ушел во владение компании «Рев».
Санса снова разложила перед собой фотографии. Мальчики и девочки, разного возраста, веселые, грустные, сердитые, снятые исподтишка, наверное, частным детективом, все разные, и все одинаков черноволосые и синеглазые, похожие на Ренли Баратеона, а чем-то и на Станниса, а одна девочка даже была почти копией Ширен…
Братья и сестры, не знающие о существовании друг друга. И Роберт, скорее всего, им даже не помогал… Джендри не рассказывал, чтобы кто-то помогал ему…
Она покажет все это Арье, подумала Санса, а та сама придумает, стоит ли рассказывать обо всем Джендри.
Отец его все равно уже мертв.
Но живы все эти мальчики и девочки, наверное уже взрослые, кроме тех, чьи анализы делали совсем незадолго до смерти Роберта… Живы Мирцелла и Томмен, которые тоже не знают, что на свете у них столько братьев и сестер… И Роберт платил своей жене, чтобы об этом не становилось известно.
Боги великие, какая же он был свинья!
Санса раздраженно бросила фотографии, жалея бедного Джендри. Она понимала, что узнать такое будет вовсе не приятно.
Санса выпила стакан воды и уставилась на беспорядок на кровати.
Она достала пистолет, узнала, что Серсея шантажировала Роберта, узнала, что парень ее сестры – сын Роберта Баратеона, но… Так ли это было важно? Зачем это все было здесь?
Ее взгляд упал на последнее, что она не успела просмотреть. Коробка из банковской ячейки отца.
Санса распаковала ее и ахнула.
Это была шкатулка. Тончайшей работы, великолепная, роскошная шкатулка! Судя по всему, старинная, наследия Старков, судя по изображениям лютоволков. Она попыталась открыть ее, но не смогла.
Нигде не было никаких следов замочной скважины, ни одного намека, как коробку было можно отпереть…
Еще одна загадка, разгадки которой не было.