ID работы: 14589872

История одной любви

Гет
PG-13
В процессе
7
Поделиться:
Награды от читателей:
7 Нравится 10 Отзывы 5 В сборник Скачать

Часть 32

Настройки текста
Примечания:
Летние каникулы, по моему мнению, окончились слишком быстро. Конечно, я скучала по Хогвартсу. В последний вечер мама устроила грандиозный обед: она сварила, нажарила, испекла все любимые кушанья. Я пригласила друзей. На сладкое был пудинг из патоки — пальчики оближешь! Вечер закончился фейерверком, мы зажгли бенгальские огни, и чуть не полчаса по стенам и потолку плясали красные и голубые звезды. Потом все выпили по чашке горячего шоколада и отправились спать. Ночью все кроме Пэнси, уехали, а мы с ней ещё всю ночь разговаривали. Утром собирались долго. Хотя и проснулись рано. В пол одиннадцатого мы остановились у вокзала Кингс-Кросс. Вся компания поспешила на платформу. В прошлом году я уже ездила на экспрессе Лондон — Хогвартс. Вся штука заключалась в том, чтобы попасть на платформу девять и три четверти, невидимую для маглов. Платформу отгораживал от зала ожидания металлический барьер. Надо было пройти сквозь него (это не больно), но так, чтобы простецы ничего не заметили. — Идем вместе, — предложила Пэнси, — осталась одна минута, некрасиво опаздывать. Я убедилась, что клетка с совой прочно сидит на чемодане, и направила тележку прямо на барьер. Я был совершенно спокоена. «Летучий порох» был куда страшнее. Пригнувшись к тележке, нацелясь на барьер и с каждой секундой прибавляла шаг. За несколько шагов до барьера бросилась бежать, и… БУМ! Тележка врезались в барьер и отскочила назад, но Пэнси прошла .Чемодан с грохотом упал, меня сшибло с ног, клетка запрыгала по полу платформы, и с негодующими воплями вылетела наружу. Окружающие изумленно таращили глаза на непонятное происшествие. — Что ты такое вытворяешь! — обрушился на меня один из дежурных по вокзалу. — Не справился с тележкой, — придумала я объяснение, поднимаясь на ноги и потирая ушибленный бок. Вдруг я увидела как в соседней стене также отлетели Гарри и Рон. Заметила я их прежде всего из-за того что Рон бегал по платыорме и ловил птицу, чем вызвал негодование зевак, возмутившихся жестоким обращением с птицей. — Почему нам не удалось прорваться через барьер, как всем? — шепотом спросила у Гарри и Рона. — Не представляю себе… Рон в недоумении озирался по сторонам. Полдюжины зевак все еще пялились на них. — Мы опоздаем на поезд, — упавшим голосом проговорил он. — Не понимаю, почему вход не открылся… Гарри взглянул на огромные вокзальные часы, и под ложечкой у него засосало. Десять секунд… девять…. Попробовав прорваться еще раз. Точно нацелившись, докатил тележку до барьера и что было сил двинул ее вперед. Металлический барьер не поддался. Три секунды… две… одна… — Все, — ошеломленно проговорил Рон. — Поезд ушел. Что будет, если мама с папой выйдут не с этой стороны и мы с ними разойдемся? У тебя есть хоть сколько-нибудь магловских денег? — Откуда? — с грустным смешком сказал Гарри. — Дурели никогда не давали мне ни гроша на карманные расходы. -А зачем тебе деньги, с помощью них мы никак не сможем поехать в Хогвартс! Возмутивщись сказала я. Рон прижал ухо к холодному металлу барьера. — Ничего не слышно, — растерянно пробормотал он. — Что нам теперь, делать? Сколько времени родители будут нас искать? Огляделись кругом — они все еще привлекают внимание, главным образом, потому, что Букля продолжает громко вопить. — Пожалуй, лучше всего вернуться к машине, — предложил Гарри. — Здесь все на нас смотрят… — Гарри! — воскликнул Рон, и в глазах у него опять вспыхнули радостные огоньки. — Автомобиль! — Что автомобиль? — Мы можем полететь в Хогвартс на нашем автомобиле! — Но я думаю это не самая лучшая идея, но всётаки, хоть что-то… — Мы в безвыходном положении, правда? Нам ведь надо ехать в школу! В экстренных случаях даже несовершеннолетним волшебникам разрешается применять магию. Кажется, параграф девять Уложения… — А ты можешь водить летучий автомобиль? — спросил Гарри: растерянности как не бывало, она сменилась волнующим предвкушением. — Запросто. — Рон повернул тележку к выходу с вокзала. — Идем скорее! Поторопимся — догоним экспресс Лондон — Хогвартс. И сядем ему на хвост. Друзья покатили тележки сквозь толпу, вышли на привокзальную площадь и свернули направо в переулок, где стоял старенький фордик «Англия». Ударив несколько раз волшебной палочкой, Рон открыл вместительный багажник, и друзья погрузили в него чемоданы, клетки с Буклей и с Ури поставили на заднее сиденье я села рядом с совами, а мальчики устроились на переднем. — Следи, чтобы никто ничего не заметил, — сказал Рон и еще одним ударом волшебной палочки включил зажигание. Гарри высунулся в окно, впереди на улице движение было большое, здесь же в переулке тишина и никаких прохожих. — Все в порядке, — сообщил он. И Рон нажал крошечную серебряную кнопку на приборной доске. Фордик растаял в воздухе, и они вместе с ним. Гарри чувствовал, как под ним вибрирует сиденье, слышал звук двигателя, ладонями ощущал коленки, переносицей — очки; судя по всему, он превратился в пару зрачков, парящих в двух метрах над землей в малопривлекательном переулке, заставленном машинами. — Стартуем, — послышался справа голос Рона. И переулок вместе с красновато-бурыми зданиями по ту и другую сторону провалился куда-то. Еще несколько секунд — и весь Лондон лежал под ними как на ладони, частью сверкающий огнями, частью окутанный дымом. Кажется, их взлета никто не заметил. Внезапно что-то негромко стрельнуло, и машина обрела видимость. Рон изо всех сил нажал на кнопку. — Где-то заело, — растерянно проговорил он. Ударили по кнопке по очереди. Машина опять исчезла. И тут же снова возникла как ни в чем не бывало. — Держись! — крикнул Рон и резко нажал на педаль акселератора: машина взмыла вверх, попала внутрь плотного слоя облаков и полетела вслепую, как в густом тумане. — Теперь куда? — спросила я, вглядываясь в молочную белизну, окутавшую машину со всех сторон. — Теперь надо обнаружить поезд. — Давай тогда скорее снижайся… Машина вырвалась из зоны облаков, и мальчики, извернувшись на сиденьях каждый в свою сторону, свесились вниз. — Вон он, впереди! Я его вижу! — обрадовался Гарри. Экспресс Лондон — Хогвартс извивался внизу, как длинная пунцовая змея. — Идет строго на север, — определил Рон по компасу на панели управления. — Будем сверяться каждые полчаса. А теперь держись крепче… Машина прошила облака насквозь и очутилась в мареве солнечного света. Мир преобразился. Под колесами — бескрайнее море пухлых снежно-белых облаков, вокруг безграничная синева, а над всем ослепительно яркое солнце. — Здесь, — сказала я, — надо бояться только самолетов. Но навряд ли они будут пролдетать Друзья посмотрели друг на дружку и давай смеяться. Смеялись, смеялись, долго не могли остановиться. Они были сейчас точно в волшебном сне. Это самый лучший способ путешествовать, подумала я. Мимо проплывают башни и купола кучевых облаков, салон машины залит горячим сиянием, в бардачке пузатый пакетик ирисок. А впереди триумфальное приземление на зеленом газоне, обегающем замок Хогвартс, и завистливые взгляды, но естественно нам надо было приземлиться в запретном лесу, чтобы их не было и нас не отчислили из школы. Летели на север, каждые полчаса пикируя вниз, сверялись с направлением. И каждый раз им открывались внизу все новые картины. Лондон давно остался позади, пошли хорошо ухоженные зеленые поля, которые сменились розовато-лиловыми вересковыми пустошами, там и сям виднелись деревушки со старинными игрушечными церквями. Проплыл огромный город, по улицам которого, как разноцветные муравьи, сновали крошечные автомобили. Несколько часов однообразного полета, однако, заметно уменьшили восторг. Но почему все-таки они не смогли попасть на платформу девять и три четверти? Может это Добби, хотя… Нет. — Наверное, скоро приедем, а? — прохрипел Рон, еще несколько часов спустя. Солнце уже стало погружаться в облачные поля, расцвечивая их всеми оттенками красного. — Еще раз, что ли, снизиться? Поезд по-прежнему был под ними, полз по склону горы с заснеженной вершиной. Под облаками, скрывавшими солнце, было значительно темнее. Рон нажал на акселератор, и машина опять взмыла, но тут почему-то зловеще взвыл двигатель. Гарри с Роном нервно переглянулись. — Он, наверное, устал, — предположил Рон. — Столько работать без передышки! Оба делали вид, что ничего особенного не происходит, а вой становился сильнее. Быстро смеркалось, вот уже в темноте начали загораться звезды. Гарри натянул свитер, стараясь не смотреть на дворники, которые почему-то стали дрожать. Как будто выражали недовольство. — Мы уже совсем близко, — сказал Рон скорее автомобилю, чем Гарри. — Совсем. — И постучал пальцами по крышке панели. Скоро опять пошли на снижение, вглядывались в темноту, ища знакомые приметы. — Гляди! — вдруг крикнул Гарри. — Прямо по курсу! Высоко на утесе, нависшем над озером, на фоне темного ночного неба обозначились башни и башенки замка Хогвартс. Но машину уже стало сильно трясти, и она быстро теряла скорость. — Ну еще немножечко, — умолял ее Рон, дергая руль. — Мы почти на месте. Мотор ревел. Тонкие струи пара вылетали из-под капота. Гарри вцепился в края сиденья — они уже подлетали к озеру. Машину резко качнуло. Выглянув из окна, я увидела под собой гладкое черное зеркало воды. Рон крепче сжал руль, так что побелели костяшки пальцев. Машину опять качнуло. — Еще чуть-чуть, — выдохнул Рон Летели над озером, прямо на замок Рон нажал на педаль. Раздался громкий лязг, несколько выхлопов, и двигатель окончательно смолк. — Да-а, — протянул Рон в полной тишине. Капот машины нырнул вниз. Начали, набирая скорость, падать, еще минута — и они врежутся в прочную стену замка. Они были сейчас точно в волшебном сне. Это самый лучший способ путешествовать, подумала я. Мимо проплывают башни и купола кучевых облаков, салон машины залит горячим сиянием, в бардачке пузатый пакетик ирисок. А впереди триумфальное приземление на зеленом газоне, обегающем замок Хогвартс, и завистливые взгляды, но естественно нам надо было приземлиться в запретном лесу, чтобы их не было и нас не отчислили из школы. Летели на север, каждые полчаса пикируя вниз, сверялись с направлением. И каждый раз им открывались внизу все новые картины. Лондон давно остался позади, пошли хорошо ухоженные зеленые поля, которые сменились розовато-лиловыми вересковыми пустошами, там и сям виднелись деревушки со старинными игрушечными церквями. Проплыл огромный город, по улицам которого, как разноцветные муравьи, сновали крошечные автомобили. Несколько часов однообразного полета, однако, заметно уменьшили восторг. Но почему все-таки они не смогли попасть на платформу девять и три четверти? Может это Добби, хотя… Нет. — Наверное, скоро приедем, а? — прохрипел Рон, еще несколько часов спустя. Солнце уже стало погружаться в облачные поля, расцвечивая их всеми оттенками красного. — Еще раз, что ли, снизиться? Поезд по-прежнему был под ними, полз по склону горы с заснеженной вершиной. Под облаками, скрывавшими солнце, было значительно темнее. Рон нажал на акселератор, и машина опять взмыла, но тут почему-то зловеще взвыл двигатель. Гарри с Роном нервно переглянулись. — Он, наверное, устал, — предположил Рон. — Столько работать без передышки! Оба делали вид, что ничего особенного не происходит, а вой становился сильнее. Быстро смеркалось, вот уже в темноте начали загораться звезды. Гарри натянул свитер, стараясь не смотреть на дворники, которые почему-то стали дрожать. Как будто выражали недовольство. — Мы уже совсем близко, — сказал Рон скорее автомобилю, чем Гарри. — Совсем. — И постучал пальцами по крышке панели. Скоро опять пошли на снижение, вглядывались в темноту, ища знакомые приметы. — Гляди! — вдруг крикнул Гарри. — Прямо по курсу! Высоко на утесе, нависшем над озером, на фоне темного ночного неба обозначились башни и башенки замка Хогвартс. Но машину уже стало сильно трясти, и она быстро теряла скорость. — Ну еще немножечко, — умолял ее Рон, дергая руль. — Мы почти на месте. Мотор ревел. Тонкие струи пара вылетали из-под капота. Гарри вцепился в края сиденья — они уже подлетали к озеру. Машину резко качнуло. Выглянув из окна, я увидела под собой гладкое черное зеркало воды. Рон крепче сжал руль, так что побелели костяшки пальцев. Машину опять качнуло. — Еще чуть-чуть, — выдохнул Рон Летели над озером, прямо на замок Рон нажал на педаль. Раздался громкий лязг, несколько выхлопов, и двигатель окончательно смолк. — Да-а, — протянул Рон в полной тишине. Капот машины нырнул вниз. Начали, набирая скорость, падать, еще минута — и они врежутся в прочную стену замка. — Да погоди ты! — завопил Рон, выворачивая руль. В дюйме от стены машина свернула в высокую арку и влетела внутрь замка. Внизу темнели теплицы, за ней огородные грядки, потом начался газон. Машина продолжала снижаться. Рон отпустил руль и вынул из заднего кармана волшебную палочку. — Стой! Стой! — кричал он, колотя палочкой по ветровому стеклу, но машина все падала отвесно на землю. — Осторожнее, дерево! — завопил Гарри, бросившись на руль. Но было уже поздно. Кр-рак! С душераздирающим звуком удара металла о кору дерева машина врезалась в толстенный ствол и упала на землю, подпрыгнув как мяч. Из-под сплющившегося капота валил густой пар. Букля в ужасе стенала не своим голосом. Гарри врезался лбом в ветровое стекло, и у него вскочила шишка величиной с яйцо. Рон издал полный отчаяния вопль. — Все живы? — в испуге спросил Гарри. — Моя палочка, — дрожащим голосом произнес Рон. — Поглядите, что с ней случилось. Палочка раскололась на две части, сдерживаемые тонкой щепочкой. В тот же миг по левой дверце что-то ударило с силой пушечного ядра. Гарри повалился на Рона, и тут же сверху обрушился новый удар. — Что происходит? — Рон посмотрел в ветровое стекло и ахнул. -Гремучая ива! Быстрее вылазеем! Ветка толщиной с хорошего питона хлестнула по стеклу. Дерево, в которое они врезались, наносило ответные удары. Еще одна извивистая ветка стеганула по правой дверце, да так, что на ней вспухла вмятина. Ветровое стекло вздрагивало от дробного стука сучков, похожих на костяшки пальцев, а один огромный сук, скрученный, как рог барана, нанес яростный удар по крыше и продавил в ней целую яму. Потолок машины угрожающе провис. — Мы пропали. — Рон чуть не плакал. Машина вдруг принялась вибрировать, и двигатель сам собой включился. — Задний ход! — крикнул Гарри, и машина рванула назад. А ива все старалась ветвями-змеями достать обидчиков: друзья слышали, как трещат ее корни. Драчунья чуть не выдрала себя из земли, жаждя мести. — Мы были на волосок от гибели, — едва переводя дыхание, проговорил Рон. — Молодец, фордик! А у фордика, по-видимому, лопнуло терпение. Издав негодующий лязг, обе дверцы распахнулись, сиденья швырнули ребят в стороны, и они плашмя рухнули на землю. Громкий стук сзади оповестил, что машина вытряхнула из багажника и их чемоданы. Над головой пролетела клетки с совами. Дверца открылась, и Букля вырвалась на свободу. Издавая протяжные, сердитые вопли, она плавно полетела в сторону школы. А фордик, побитый, поцарапанный, испуская пар, загромыхал в темноту, выражая красными огоньками задних фар сильнейшее негодование. — Вернись! — кричал ему вслед Рон. — Вернись! Отец меня убьет! Но фордик, последний раз фыркнув выхлопной трубой, растворился в темноте. — Здорово нам не повезло, — убито проговорил Рон и нагнулся за крысой Коростой. — Надо же! Из всех здешних деревьев врезаться именно в то, которое дает сдачи! И он обернулся назад, бросил взгляд на старую плакучую иву — та все еще мстительно махала ветвями. — Да, не повезло, — невесело вымолвил Гарри. — Давайте пойдем сразу в школу. Возвращение было совсем не таким победоносным, как представлялось. Измученные, закоченевшие, все в синяках, они ухватили за ручки свои чемоданы и потащились вверх по склону к огромным дубовым дверям школы. — Торжественное открытие, наверное, уже идет, — сказал Рон, бросив свой чемодан у парадной лестницы. Тихонько приблизился к ярко освещенному окну и заглянул внутрь. — Иди сюда, Гарри, — позвал он. — Уже началось распределение! Гарри подошел, и оба стали -Пока, я пожалуй пойду к гостинной. Гриффиндорцы остались смотреть на происходящую в Большом зале церемонию. Как потом рассказал Драко, церемония была как всегда прекрасна. Множество горящих свечей парили над четырьмя длинными накрытыми столами, отчего золотая посуда и кубки блестели и переливались всеми цветами радуги. А над свечами по всему потолку — его волшебное свойство заключалось в том, что он зеркально отражал состояние неба — ярко горели знакомые созвездия. Сквозь лес черных остроконечных шляп Гарри разглядел длинную вереницу испуганных первокурсников, входящих один за другим в зал. Среди них была и Джинни. Гарри сразу ее узнал по ярко-рыжим волосам, которыми отличалось все семейство Уизли. Профессор МакГонагалл, колдунья в очках и с тугим узлом волос на затылке, ставила на табурет знаменитую Шляпу, распределявшую новичков по факультетам. В начале каждого учебного года эта древняя Шляпа, грязная и вся в заплатках, шептала новеньким, кто в каком из четырех факультетов (Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин) будет учиться. Гарри хорошо помнил, как ровно год назад он надел эту Шляпу и с замиранием сердца ожидал решения своей участи. Он очень боялся, что она пошлет его в Слизерин, который выпускал больше черных магов и ведьм, чем любой другой факультет. Несколько томительных секунд Шляпа молчала, а потом назначила ему Гриффиндор, куда попали и Рон с братьями, и Гермиона. В прошлом году они с Роном помогли Гриффиндору выиграть соревнование между факультетами. Слизерин остался позади первый раз за семь лет. К табурету со Шляпой подошел маленький мальчик, с волосами мышиного цвета. Скользнув по нему взглядом, Гарри остановил внимание на профессоре Дамблдоре, директоре школы, который наблюдал за распределением, сидя на своем месте за банкетным столом для преподавателей. Его белая борода серебрилась, а половинные стекла очков поблескивали от колеблющихся язычков пламени сотен свечей. Через несколько мест от него сидел Златопуст Локоне в аквамариновом плаще. А самый конец стола украшала могучая фигура волосатого лесничего Хагрида. Но это было потом, а сейчас я услышала как кто-то идёт и мигом обернулась. В двух шагах стоял Северус Снейп собственной персоной, его черная мантия колыхалась от порывов ветра. Он был очень худой, с изжелта-серым лицом и крючковатым носом; черные, точно смазанные жиром волосы падали на плечи. — Следуйте за мной! — приказал профессор. Не смея взглянуть на него я поднималась за ним по ступенькам и вошли в огромный холл, где малейший звук отдавался громким эхом. Холл освещался пламенем факелов. Из Большого зала сюда долетали аппетитные запахи, но Снейп повел их прочь от тепла и света вниз по узкой каменной лестнице, ведущей в подземелья. — Входите. — Он отворил дверь на первой площадке. Там сидели Гарри и Рон. Дрожащие от холода незадачливые путешественники очутились в кабинете Северуса Снейпа. Пустой остывший камин не сулил приятной беседы. Гарри разглядел в полумраке полки вдоль стен, уставленные большими стеклянными банками, в которых плавало омерзительное на вид непонятно что, не вызвавшее у Гарри ни малейшего любопытства, по крайней мере сейчас. Он захлопнул дверь и взглянул на своих пленников. — Значит, поезд, — начал он тихим голосом, — недостаточно хорош для знаменитого Гарри Поттера и его верного подпевалы Рона Уизли. Захотелось явиться в школу с помпой, а? — Нет, сэр, это все барьер на вокзале КингсКросс… — Молчать! Так что же вы такое сделали с этим автомобилем? Рон тяжело вздохнул. А профессор развернул сегодняшний выпуск газеты «Вечерний пророк», и Гарри понял, в чем дело. — Вас видели маглы, — прошипел он, указывая на заголовок — «Маглов изумил летящий в небе форд «Англия», — начал он громко читать. — Два лондонца уверяют, что видели, как над башней почты пролетел старенький фордик… в полдень в Норфолке миссис Хетти Бейлисс, развешивая во дворе белье… Мистер Ангус Флит из Пиблза сообщил полиции…» И таких сообщений шесть или семь. Если не ошибаюсь, твой отец работает в отделе «Противозаконное использование изобретений простецов?» — обратился он к Рону, злобно ухмыляясь. — Нет, вы только подумайте… его собственный сын… — Осматривая парк, — продолжал Снейп, — я обнаружил, что был нанесен значительный ущерб бесценной Гремучей иве, редчайшему экземпляру подвида плакучих ив. — Эта ваша Гремучая ива нанесла нам куда больший ущерб! — выпалил Рон. — Молчать! — опять рявкнул декан. — К моему огромному сожалению, вы не на моем факультете, и я не могу вас отчислить. Но я сейчас же пойду приведу тех, кто обладает этими счастливыми полномочиями. А вы пока будете ждать здесь. А с мисс Тафт, я проведу отдельную беседу. Через десять минут Снейп вернулся и, разумеется, в сопровождении профессора МакГонагалл. Мне довелось несколько раз видеть ее рассерженной, какие у нее бывают тонкие губы в гневе, то ли такой сердитой на его глазах она никогда не была. Войдя в кабинет, она тотчас взмахнула волшебной палочкой, мальчишки в страхе отпрянули, но она только разожгла в камине огонь, который тут же ободряюще загудел. — Садитесь, — предложила она. — Теперь рассказывайте! — потребовала МакГонагалл, сердито поблескивая очками. И Рон пустился описывать их злоключения, начав с барьера, который отказался впустить их на волшебную платформу. — У нас просто не было другого выхода, госпожа профессор, мы никак не могли попасть на наш поезд. — А почему вы не послали письмо с совой? У тебя ведь была сова? — Профессор строго посмотрела на Гарри. Гарри опустил голову: именно так они должны были поступить. — Я… я не подумал… — Это яснее ясного. В дверь постучали, и Снейп, излучая счастье, отпер ее. В кабинет вошел директор школы, профессор Дамблдор. Гарри сжался в комок. Вид у Дамблдора был на редкость серьезный. Он глядел на ребят, повесив крючковатый нос. И Гарри вдруг захотелось очутиться с Роном в темном парке под градом ударов Гремучей ивы. После продолжительного молчания Дамблдор наконец сказал: — Сделайте милость, объясните все-таки, почему вы так поступили. Уж лучше бы он закричал на них, такое разочарование прозвучало в его голосе. Гарри почему-то не мог смотреть в глаза директору и рассказывал не ему, а своим коленкам. Он подробно описал все, умолчав об одном — что заколдованный автомобиль принадлежит мистеру Уизли. По его рассказу получалось, что им с повезло: на привокзальной стоянке оказался летучий автомобиль. Он сразу понял, Дамблдор не поверил ему, хотя и ничего не расспрашивал. Наконец Гарри закончил печальную повесть — директор школы продолжал молча взирать сквозь очки на жалких подсудимых. — Мы пойдем собирать вещи, — совсем тихо вымолвил Рон. — Это вы о чем, Рональд Уизли? — сурово вопросила профессор МакГонагалл. — Вы ведь хотите исключить нас из школы? Гарри бросил быстрый взгляд на Дамблдора. — Не сегодня, мистер Уизли, — ответил директор. — Но я делаю вам обойм последнее предупреждение. Вы совершили очень серьезный проступок. Я сегодня же напишу вашим семьям. И если подобное повторится, буду вынужден вас исключить. С лица Снейпа схлынуло ликование, как если бы он услышал, что отменены рождественские каникулы. Прокашлявшись, он обратился к директору: — Профессор Дамблдор, эти юнцы нарушили Закон, ограничивающий магию несовершеннолетних, нанесли серьезный урон старой, очень ценной иве… этот акт вандализма… Естественно, он до этого попросил умолчать, обо мне, пристыдив их что настоящие джентельмены, не стали бы сдавать леди. — Профессору МакГонагалл решать вопрос об их наказании, — спокойно проговорил Дамблдор. — Они учатся на ее факультете, она несет за них ответственность. Так я пошел на банкет, Минерва, — повернулся он к ученой даме. — Надо сделать несколько объявлений. Идемте, Северус. Какой нас ожидает восхитительный торт! Гриффиндорцы ушли с их деканом. — А что касается вас — начал было Снейп. Нет, я не вычту баллов у факультета. Но вам наказания не избежать, будете после уроков выполнять общественно полезные работы. А теперь марш к себе в спальню. Мне еще надо вернуться на банкет. ваш ужин будет ждатть вас в спальне, как и чемодан. Пароль- Финеас Найджелус Блэк. Первый директор слизеринец. Я пошла в подземелья. и сказав пароль стене. Зашла в гостинную, там стояли недовольные друзья.
Примечания:
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.