***
Запах пота и сигарет наполнил мою комнату. Жар двух тел, легкая музыка на фоне и так и недоеденный ужин на двоих. Нежность. Сладкая, тихая… Она не оставляла на мне синяков, не оставляла следов пальцев и даже легких укусов. Тело ныло и просило продолжения. — Эмилия, — шептал мне на ухо он и его длинные черные волосы неприятно щекотали мои щеки. — Глубже, прошу, — простала я закусив губу. Еще один толчок. Мой полустон сопровождался шлепком по бедрам моего милого. Он не спешил, ему нравилось то, как я его умоляю и просила каждый раз, то ли крепко прижать меня к себе, обнять, поцеловать. Я думала, он заставит меня забыть. — Эмми… лия, все в порядке? — спросил он, когда увидел, когда мы оба лежали в объятиях друг друга прикрываясь теплым одеялом. Имя «Эмми» теперь под запретом. Я Эмилия. — Угу, — произнесла я, и погладила Харви по гладко выбритой щеке. — Может не стоило так быстро… — Молчи, — мой полушепот и правда заставил парня замолчать. Он был ненамного старше меня, но мне показалось, что сейчас со мной в постели точно подросток. Почему я чувствую себя виноватой? Сердце гложет от странного дискомфорта и ощущение неправильности этой ситуации разъедало тени уплывающего от меня наслаждения.***
Мое появление в Александрии не вызывало восторга. Мишонн косо посматривала на меня каждый раз с тех пор, когда я впервые пересекла ворота. Оно и ясно. Я потенциальный враг, отродье Спасителей. Рик вел себя куда более благосклонно ко мне. Он поселил меня в небольшой домик, прям около ворот, рассказал, как все устроено и дал работу. Теперь я, как бы смешно не звучало, садовник. Мои обязанности это с утра полить посевы, прополоть грядки, заниматься клумбами на улицах, стричь газоны. Зато, на свежем воздухе. Я была бы не против стоять в патруле, но не тот у меня уровень доверия. Я была приближенной к Нигану, во время войны, но никому не доказать, что это «приближенность» была только в постели. И то не всегда. Как оказалось, посевы в Александрии не такие большие, как нам рассказывали в Святилище. Было еще пару теплиц, это и был мой фронт работы на зиму. А так, как я прибыла в Александрию ранней весной работы у меня было хоть отбавляй. Вместе со мной работала немолодая женщина Джинни. Она помогла мне освоиться на работе. И в целом, она была добродушной, несмотря на то, что ее дочерей убили Спасители, еще до войны, когда они бродили по штатам в поисках приюта. Из ее рассказов я узнала, что младшей дочери было 13 лет, а старшей едва ли исполнилось 19. Луиза и Аманда… Она говорила о них так, будто они просто ушли и не вернулись. Но по факту, их обоих застрелил Саймон в порыве злости. Стала ли я рассказывать ей свою историю? Отчасти. Я лишь сказала, что до апокалипсиса я была серой мышью, в группе ею и оставалась, а отдавшись без боя Спасителям стала женой Нигана. В первый рабочий день мы ушли по домам уже после заката. Это изнурительно, но лучше чем сидеть в своей комнате без права выхода. Тогда я не смогла даже принять душ. Так и уснула в гостиной на диване.***
Утро сулило мне упорную работу. В порыве бодрости я шла к теплицам с сапкой наперевес. В голове играл уже давным-давно позабытый Канзас и его «Возвращайся блудный сын». Мне хотелось петь. От чего такое настроение? Джинни его подхватила. Она рассказывала мне старые шутки, которыми забавлял ее муж. Кстати, он работает в патруле. Может стоит спросить у него однажды об уроках самозащиты? Мы живем в мире, где теперь даже мертвый может тебе навредить. Я всегда была под защитой и никогда не сталкивалась ни с кем в рукопашном бою, меткость у меня ниже среднего… Надо это исправлять! Но сейчас было не время. Сейчас надо прополоть грядки, засадить участок картофеля и на сегодня все. Мы освободились еще до полудня. У меня был почти весь день свободный. Широкие улицы Александрии напоминали мне родную улицу, где все было засажено цветами, густые ветви деревьев перекрывали солнцу доступ к тротуарам, а любой незначительный порыв ветра заставлял эти ветви все же отступиться и дать солнцу немного власти. Насвистывание сбило меня с толку и мурашки целой армией прошлись по моему телу. Эта мелодия… Я словно тот ходячий шла на звук. Он доносился с подвала одного из домов. Это место где держат Нигана? Ком подобрался к горлу. Насвистывание становилось только громче. Я присела на лестницу и вслушалась в мелодию. Никого из Спасителей больше не сажали в клетки? Верно ведь? — Паршивый денёк сегодня, не правда ли? — голос зазвучал почти хрипя. Я молчала. Судорожно выдохнув, я закрыла глаза. Это Ниган. День будто и правда в миг испортился. Тучи закрыли солнце, и, казалось, что, вот-вот разразиться гром, дождь накроет Александрию и смоет пыль с дорог. Вместе с пылью исчезнет и мое спокойствие. Я молчу. Ему нельзя отвечать. — Странно, что тебя еще не послали «лечить» мою душу длинными рассказами о том, как вам, сукиным детям, живется без меня… Длинное молчание Нигана заставило мое сердце остановиться. Я чувствую его взгляд. Он просто наблюдает. В голове столько мыслей и каждая из них противоречит другой. Остановите это безумие… Я хочу уйти, но ноги перестали меня слушать. Это страх? Я будто снова его жена. Чувство вины точно пощечина ударило меня. Я спала с другими мужчинами. Но забыть Его, я не могла. Как бы не старалась. И сейчас, когда мой единственный и главный демон за решеткой, всего в пяти метрах от меня, я чувствую страх, трепет… — Скучала за папочкой? — спросил он, насмехаясь. Я стиснула зубы и решилась посмотреть в окошко. Вот и он. Постриженный, с длинной бородой, потускнелыми глазами, хоть и взгляд его оставался надменным. Капля власти, ощущения трепета перед его величием дала ему свежий глоток воздуха. — Вот… Эмми, видишь, как оно бывает. Поговорить не хочешь? Мне кажется, есть о чем. Я сделала шаг навстречу к нему и присела на корточки, чтобы смотреть на него не с высоты моего роста. Хотя, черт, приятно было… — Ты и правда надеешься, что я приду к тебе? — голос мой звучал наигранно смело, высоко. Ниган усмехнулся. — Я знаю. — Ничего ты не… — Ох, не пререкайся, зверёк! Должен признаться, я и не думал, что смогу снова на тебя посмотреть. Ты ни капли не… или… ох блять, ты отрастила волосы. Зря. Зато теперь их можно намотать на кулак и хорошенько тебя отодрать. — Смотри, как бы что-то не встало. Жен ведь нет, придется самому работать руками Ниган усмехнулся и опустил взгляд на долю секунды. — - Отсутствие хозяина дало возможность вырасти зубкам у моего зверька? Мило. — Хватит! — шикнула я и еще ближе приблизилась к решетке, — Хватит… Больше нет Спасителей, больше нет Нигана, нет зверька. Все, что ты делал кануло в лету и теперь ты всего лишь грязь под моими ногтями. — Смело говоришь… когда за решеткой. А ты попробуй подойти ближе. Дверь они не запирают, слишком самонадеянные идиоты. — Зачем мне это?.. — Потому что ты этого хочешь. Не отрицай. Я замолчала. Его глаза сверлили меня. Собрав волю в кулак и дотронувшись к садовым ножницам в кармане джинсов я спустилась по лестнице в подвал, где меня уже ждал мой бывший муж