2
5 января 2014 г. в 00:27
Рэнди выходит из гримерки, потом из павильона, и сразу же натыкается взглядом на Гейла, который стоит и курит, привалившись спиной к стене и запрокинув свою красивую голову. Он тут же останавливается, как вкопанный, и думает о том, что в жизни не видел ничего сексуальней, чем Гейл Харольд, который, вытянув губы и прикрыв глаза, выпускает вверх аккуратные кольца дыма, постепенно растворяющиеся в темноте.
Рэнди подходит к нему и тот расслабленно усмехается, а потом опускает ему руку на плечи и говорит:
- Давай, пойдем хорошенечко выпьем, мы это сегодня заслужили.
- Ладно, - говорит Рэнди. Он готов удариться головой об стену за это тупое «ладно», однако, ничего больше в этот момент ему не пришло в голову, а даже если бы и пришло, он не смог бы этого произнести ни за какие деньги мира. Да, он знает за собой такую особенность - в самые ответственные моменты своей жизни вести себя, как полный придурок.
- Ты что-то сегодня не очень разговорчив, а, Харрисон? – спрашивает Гейл, и Рэнди с удивлением замечает, что его член реагирует на свою фамилию, произнесенную голосом Гейла. - День был довольно насыщенным, - говорит он, и робко обнимает Гейла за талию.
Они направляются в небольшой бар возле дома, где расположены их квартиры, просто потому, что они совсем недавно в этом городе и еще ничего тут не знают. В баре шумно и довольно многолюдно, однако, им удается найти свободный столик. Гейл просит принести им два пива, а Рэнди хочет сказать, что ему совсем не хочется пива, но горло предательски сжимается, и он предпочитает заткнуться.
Им приносят пиво, и Гейл, пододвигая бокал Рэнди, говорит совершенно искренне:
- Я рад, что ты хоть немного расслабился… Рэнди.
- Да. Я думаю, что… тебе пришлось изрядно потерпеть меня. Я… иногда бываю просто невыносимым.
- Нет, я не об этом. Не знаю даже как сказать. Я был поражен…
- Я ебаный параноик, да? - смущенно опускает глаза Рэнди и начинает теребить карман своей джинсовой куртки.
- Не в этом дело. Ты слишком анализируешь все, что делаешь. Этот твой метод... Тебе надо чтобы все было идеально. Чтобы все шло, как по нотам, до самой мельчайшей детали… Боюсь я… Я не учился этому. Я вообще здесь случайно, если хочешь знать. И… я знаю, что мы оба знаем сценарий, я его тоже учил, но… когда дело доходит до поцелуев и всего остального, я… Думаю, я…
- Да, ты прав, это все так. Я люблю репетировать и отрабатывать каждую фразу, мне нравится, когда все идет идеально с первого раза. Но… я видел, что на репетиции тебе было не интересно, ты… Не знаю. Но когда начинается съемка, вдруг все меняется и, блядь, ты делаешь это гениально!
Гейл улыбнулся, польщенный похвалой.
- Рэнди, тебе надо быть менее сконцентрированным, более расслабленным и непосредственным на съемках. Блядь, начни получать от этого удовольствие!
- Не знаю. Это ведь работа, не думаю, что должно доходить до удовольствия…
- Рэнди! От всего в этой жизни нужно получать удовольствие, и от работы в том числе, - сказал Гейл, весело улыбаясь, и поднимая свой бокал с пивом: - Давай, за наш первый съемочный день, надеюсь, что не последний! И если все будет так же просто, как было сегодня..., - он быстро посмотрел на онемевшего Рэнди и тут же поправился: - Шучу. Думаю, мы прекрасно проведем здесь время!
Рэнди нерешительно улыбается, и Гейл чувствует, что немного перегнул палку, но не придает этому значения, ему правда приятно общество Рэнди, и он вовсе не хочет, чтобы тот чувствовал себя неловко. Также ему не хочется, чтобы Рэнди знал о том, что он не так давно называл его мудаком за то, что он является таким ярым приверженцем метода…
- Ты не подумай, что я какой-то умственно отсталый, или полный клинический идиот.., - Рэнди будто читает его мысли.
- Я не думаю! - быстро перебивает Гейл. – Все отлично! И я, со своей стороны, делаю все возможное…
- Я не хочу сказать, что ты нихрена не делаешь… блядь, прости! – и Рэнди совсем смущается и замолкает.
- Брось, Рэнди, расслабься! В конце концов, дай вещам происходить! Давай получать удовольствие от того, что мы так классно здесь сейчас сидим и просто пьем это ебаное пиво! Забудь про все, давай веселиться!
На следующий день им приходится играть сцену первого секса между Брайаном и Джастином. Рэнди заметно волнуется, он сам знает, что это глупо, но ничего не может с собой сделать, одна мысль о том, что сейчас они с Гейлом будут раздеты, заставляет его очень сильно нервничать.
Гейл, в темном халате, подходит и садится на кровать рядом с Рэнди, смотрит на него и спокойно улыбается:
- Все в порядке?
- Да. Только я немного нервничаю…
- Расслабься. Нас тут не так много, - и он обводит глазами суетящихся вокруг осветителей и съемочную группу. – Попробуй представить, что мы вообще одни, только вдвоем. Я понимаю, что тебе… Я постараюсь сделать все правильно и хорошо с первого раза, чтобы не пришлось переснимать.
- Спасибо, - смущенно бормочет Рэнди и опускает глаза.
Когда уже все готово и их просят раздеться, Рэнди старается не смотреть ни на кого и молча ложится спиной на синие простыни. Когда в его поле зрения появляется Гейл, он совершенно теряется, Гейл нависает над ним, облизывает пересохшие губы и…
- Начали!
Секунда, и Рэнди уже вообще не понимает, что происходит. Он смотрит вверх, на Гейла, а тот говорит с ним таким сексуальным голосом, от которого становится жарко, и Рэнди чувствует, как начинает расти возбуждение, щекоткой распространяясь по всему телу, от паха вниз, до самых кончиков пальцев, и вверх – до самых корней волос. Его кидает в пот, и единственное, что он может выдавить из себя вместо заученной реплики – это смех.
Он смеется и не может остановиться, Гейл, не понимая, что происходит, начинает терять терпение, он даже злится, черт возьми, потому что он блестяще отыграл этот кусок, а Рэнди, взял и все испортил своим дурацким смехом.
- Рэнди, что, блядь, с тобой такое?
- Я… не знаю… простите…
- Успокойся и хватит смеяться! Какого черта!
- Я не могу…
Гейл не знает, что нужно сделать, чтобы прекратить этот истерический смех. Режиссер кричит, съемочная группа начинает терять терпение, Гейл тоже вне себя от ярости, однако ему хватает ума показать жестами, чтобы все вышли, и, неожиданно, режиссер кивает, и их оставляют наедине. Он по-прежнему нависает над смеющимся Рэнди, который смотрит на него совершенно испуганными глазами, в которых не видно и тени веселья. Непонятно почему и зачем, но он наклоняется к лицу Рэнди и осторожно целует его в уголок смеющихся губ.
Смех прекращается. Глаза Рэнди распахиваются на поллица и то, что в них видит Гейл, заставляет его буквально наброситься на губы Рэнди. Он целует его жадно, нетерпеливо и больно. И Рэнди отвечает ему так, как будто хочет высосать из него весь воздух и проглотить язык. И вот уже напрягшийся член одного начинает остро ощущать жаркую промежность другого, глаза закрываются, а руки уже готовы вцепиться в желанное тело…
Гейл резко прерывает поцелуй и отдаляется. Рэнди смотрит на него и не двигается, он просто в шоке. Что, блядь, это только что было? Однако истерика остановлена, и Гейл вполне собою доволен.
Когда возвращается съемочная группа, и они начинают снимать, все идет как надо, Рэнди играет великолепно, и все вокруг верят ему. Гейл тоже в ударе, он так натурально изображает проникновение, так убедительно упирается бедрами в его задницу, что Рэнди на секунду начинает сомневаться в том, что он действительно не собирается его трахнуть. А потом он отдается во власть своих ощущений, и так упоенно целуется с Гейлом, сосет его язык, прижимается к нему и облизывает шею, что уже не понимает где он и что с ним, перестает контролировать свою мимику и громко стонет от возбуждения. Он даже пропускает выкрик «стоп, снято!» и открывает глаза только тогда, когда Гейл отпускает его, а все вокруг начинают хлопать им и выкрикивать поздравления.
Гейл встает и надевает халат. Рэнди делает то же самое.
- Ну вот, теперь можно спокойно пойти поесть, – беззаботно говорит Гейл и вопросительно смотрит на Рэнди.
- Да, - быстро отвечает Рэнди, не зная, как быстрее покинуть съемочную площадку, чтобы никто не заметил его небольшую проблему, образовавшуюся между ног. – Я тоже… голоден. Пойду приму душ. Я быстро.
Гейл не может удержаться от веселой понимающей улыбки, глядя вслед удаляющемуся Рэнди, потом спокойно идет в свою комнату, переодевается и ждет его снаружи… как всегда.