ID работы: 10650954

Гостья из параллельного мира

Гет
R
Завершён
109
автор
Размер:
314 страниц, 31 часть
Описание:
Посвящение:
Работа написана по заявке:
Публикация на других ресурсах:
Разрешено с указанием автора и ссылки на оригинал
Поделиться:
Награды от читателей:
109 Нравится 34 Отзывы 35 В сборник Скачать

26. Долина страхов (Финал. Часть I)

Настройки текста
      В Институте…       Лайтвуд сидел за своим столом. С тяжёлым и измученным видом он смотрел на магическую сферу с перемещающимся голубым огоньком внутри и вспоминал того, кто был внутри неё. Вчера после ухода из дома Сантьяго, он отчётливо понял, что похоронил не только другого Магнуса, но и какую-то часть себя самого. Алек чувствовал вину за то, что так и не смог довериться ему, что был слишком холоден и подозрителен к нему, а ведь тот наоборот был искренен с ним.       Алеку не нужна была его жертва, но если он что-то и уяснил после знакомства с этим магом так это то, что его решение стоит уважать. Довериться хотя бы сейчас, раз уже поздно просить прощение. Он должен принять этот выбор. Должен. Должен.       Должен.       Обуреваемый этими мыслями, нефилим вскочил с места и подошёл к окну. Снаружи было светло и спокойно, но он знал, что всё это было лишь временно.       — Ты в порядке? — к нему в кабинет незаметно вошёл Магнус.       Вид задумчивого и страдающего охотника у окна вызвал у чародея беспокойство. И пусть в душе он ощущал тоже самое, что и Алек, но в отличие от него, не мог позволить себе уделять много времени скорби, ибо после своего возвращения в мир дел у всех нижнемирцев сильно прибавилось. Впрочем, это не отменяло того факта, что о старшем Лайтвуде он волновался больше всего.       — Уже говорил с Изабель? — задал ещё один вопрос чародей, но снова получил сухой кивок в ответ.       Алек нахмурился. С сестрой он обсудил все дела сразу после возвращения в Институт. Как она успела выяснить, пространственные разрывы, открывающиеся по всему городу и за его пределами, действительно связывают два измерения. Им-охотникам даже пришлось прибегнуть к помощи магов, чтобы закрыть их, только вот всё было почти без толку. Новые лазейки открывались снова, и ночью через них начинали прорываться демоны. Сами охотники не могли заниматься защитой проходов, так как близость к разрыву приносила им нестерпимую боль, мучила видениями. В связи с этим эту работу выполняли жители Нижнего мира. Из-за этого Алек и остальные охотники чувствовали себя не в своей тарелке, были уязвлены, но очень благодарны за помощь. Особенно сейчас, когда во всех Институтах началась полная неразбериха.       — Куда же всё только катится, Магнус? — спросил его Лайтвуд, по-прежнему не сводя глаз с улицы.       Чародей сделал несколько шагов к нему, но нефилим сказал следующее и поспешил от него на выход:       — Ладно, забудь. Нужно пойти и узнать, как проходит закрытие разломов.       Бегство. Магнус понял, что Алек был в полном раздрае, и перехватил его за локоть:       — Александр, я и так тебе это скажу. Всё под контролем. Ты поступил правильно, что отозвал всех охотников, дальше обо всём позаботятся бруклинские маги, оборотни и вампиры. Впрочем, возможно, ты сбегаешь из-за… меня?       В глазах Бейна даже не успело блеснуть разочарование, как нефилим крепко прижал его к себе.       — Прости меня, Магнус. Я вовсе не хотел, чтобы ты думал так. Я безгранично рад, что ты с нами, но последнее время мои мысли немного запутаны. Я не могу прийти в себя. Понимаю, что моя жизнь здесь, но я видел и другую. Утром я увидел, как умер там, все те вампиры сначала напали на Изабель, а потом на меня…       — Это страшно и нелегко, Алек, я понимаю.       Нефилим уткнулся лбом ему в плечо, в то время как маг принялся успокаивающе поглаживать его по спине.       — Ещё я боюсь за Джейса. Что если у них в Междумирье что-то случилось? Всем нам осталось жить примерно двое суток, не больше. К тому же мы потеряли единственное наше преимущество — Орудия. Я даже думал, может, мы уже проиграли, может, Рагнор и Королева уже вернулись назад?       — Если б это было так, то наш Рагнор бы уже объявился, так что не переживай Алек. К тому же есть кое-что ещё, о чём я бы хотел с тобой поговорить.       Алек чуть отодвинулся и вскинул обеспокоенные глаза на чародея, тот посерьезнел.       — Что-то творится с магами, Александр. Я ничего не понимаю. С утра на собрании многие говорили, что видели один и тот же сон со странным, постоянно изменяющимся лабиринтом. Будто они бродили по нему, и кто-то разговаривал с ними. Он называл себя их отцом. Мне он говорил тоже самое. Сказал, что для всех нас скоро всё изменится, что каждый из нас нужен ему.       — Подожди, но ведь твой отец Асмодей, — подметил охотник.       — В том-то и дело. Но я почувствовал что-то странное в этом месте. Какой-то новый источник магии. Что-то древнее.       — Вряд ли это добрый знак, Магнус.       — Я тоже склонен так думать, — согласился чародей и посмотрел на нахмуренного после его новости собеседника.       Бейн хотел сказать что-то утешительное, но зубы Алека внезапно сомкнулись с дробным стуком, а лицо болезненно скривилось. Острая вспышка боли пронзила голову охотника, и ему пришлось ухватиться за плечо Магнуса, чтобы удержаться. Он ждал, что потеряет сознание, но боль вдруг затухла, и Алек почувствовал странное, необъяснимое облегчение. Мучащее его несколько дней напряжение отступило, а голова будто за раз посвежела.       Лайтвуд посмотрел на Магнуса и, словно не веря своим собственным мыслям, с улыбкой полной облегчения сказал:       — Они сделали это… сделали!       Магнус ничего не ответил, обнял охотника за плечи и сам наконец выдохнул. Сработало. Джейс и Эмма спасли всех, закрыли трещину. Только он подумал об этом и обрадовался, как под ногами почувствовалась странная вибрация. Затем во всём Институте заработала экстренная сирена.       — Вот тебе и ещё один добрый знак.       Они быстрым шагом направились с Алеком в командный центр.       — Отчёт срочно, — произнёс Глава, когда они оказались на месте, окруженные десятками таких же удивленных лиц, какие были и у них самих.       — Как бы это сказать… — замешкался другой охотник, стоящий у главного компьютера. — Судя по геоданным, местоположение нашего Института изменилось.       — В смысле? — не понял Алек.       — Думаю, нам всем нужно просто выйти на улицу.

***

      «Ну, как убедилась, что одна ты не справишься?»       Хранитель отнял руку от головы Эммы, и та снова вернулась в его библиотеку. Ей было сложно поверить, что план нежити был настолько серьёзным, что ангелы, точно стервятники, окружат её, когда она покажется на Земле. Чёрт возьми, даже демоны будут чуять её способности. Но что важнее всего, её беспокоило то, что она не знала, кто такой Рагнор Фелл. Откуда у мага столько силы? Как он смог противостоять ангелам? Неужели в этой битве у неё в самом деле нет шансов, кроме как попытаться уйти в Междумирье? Может ли она вернуться в прошлое своего мира? Вряд ли. Разиэль отыщет её быстрее, чем она поймёт, какое именно событие ей стоит изменить. К тому же изменится память Джейса…       Эмма посмотрела в светящиеся глаза дымчатого существа и с подозрением спросила:       — Да, кажется, у меня и правда нет шансов, чтобы выжить даже с новоиспечёнными силами. Я уязвима. Но зачем тебе помогать мне?       «Дело в твоей силе, Эмма. Я хочу помочь тебе в обмен на ответную услугу».       — И какую же? — совсем не удивилась от его ответа охотница.       «Ты создашь кое-что для меня».       — Создам что?       «Тоже самое, что поможет твоему парню сохранить свою память — создашь разрыв в абсолютно новый мир», — ответил страж.       — Что?       Лицо шатенки приняло резко удивлённый вид. Как такое возможно? Это какая-то шутка?       «По-твоему, откуда именно ты брала те предметы, которыми защищалась от вампирши? Ты ведь даже ещё не задумывалась об этом, верно? — спрашивал её собеседник и, будто намеренно, запарил вокруг неё. — Ты ведь совсем не знаешь границ этой силы: открывает ли она разрывы в реально существующие миры или создает эти миры через разрывы силой твоего воображения. Впрочем, каждый ответ на этот вопрос верный. Эта способность уникальна тем, что с её помощью можно использовать разрывы для изменения времени и пространства. С ней ты можешь не только изменять прошлое, но и создать всё, что только захочешь, но… есть и ограничения. Чем сложнее будет твоя цель, Эмма, тем больше будет физический вред. Однажды ты не справишься с её контролем, и твои враги воспользуются этим».       — Откуда ты столько знаешь? И зачем тебе свой мир?       «А что ты знаешь о Междумирье, Эмма? Знаешь ли, как оно образовалось, когда и из чего?»       — Амос обмолвился, что вас создал некий Создатель из самых сильных подсознательных чувств людей.       Хранитель засмеялся, и дым, из которого он был создан, начал вихриться сильнее. Эмма же снова почувствовала себя ребёнком, что пытается понять непостижимое.       «Я удивлён, что он до сих пор продолжает верить в свою теорию, будто каждый из нас создан кем-то всевышним для определённой цели. Он просто выдумал себе несуществующего идола, Эмма, чтобы оправдать свои зверства, доказать, что у них есть благородная цель, но на деле для него существует только война. Это всё к чему он стремится. Так было, когда он только зародился здесь, так остаётся и сейчас. Тут никогда не было никакого высшего Создателя. Нас создали сами люди из одного вида эмоций, потому каждый из нас поглощен только ею, сила каждого из нас как и само наше существование зависит от эмоций смертных существ. Пока существует смерть, болезнь и разложение — существует Мор. Пока существует жажда знаний и перемен — существую я. Амос может только прикрываться благородными целями, но знаешь ли ты, что на самом деле в том мече, что он тебе дал?»       Охотница почувствовала, что все кругом обманывают её, что даже здесь — в Междумирье ей абсолютно некому доверять. Она убедилась в этом ещё больше, когда Кир всё-таки рассказал ей о том, что заколдованное Амосом оружие сводит людей с ума, приводит в буйственную ярость, что впоследствии позволяет ему контролировать их действия прямо отсюда, то есть дистанционно. Якобы тоже самое он планировал сделать и с Эммой. С помощью её и её новых способностей он желал заполучить власть и контроль над материальным миром, посеять в нём хаос, но прежде всего ему нужно было, чтобы она доверилась ему, позволив силе меча добровольно захватить её.       Эмма выбросила меч вниз прямо на глазах у Хранителя, но звука падения так и не услышала. Он будто канул в никуда, и ей показалось, что эта библиотека не имела пола. «Боже, сколько же тут этажей?» — подумала она, и выражение её лица вызвало довольную усмешку у существа напротив.       «Вы-люди забавные. Никак не можете осознать, что это Измерение не имеет определённой формы. Здесь законы материального мира и времени изменчивы и непредсказуемы. Впрочем, опустим это. Я надеюсь, что теперь ты поняла, что я единственный, кто может помочь тебе?»       — Откуда мне знать, что ты не хочешь того же, что и Амос? — спросила девушка. — Во-первых, я даже не знаю тебя, во-вторых, Мор хотел, чтобы я убила тебя, а это что-то да значит. Похоже, ты не самый святой здесь, пусть и рассказал мне обо всём этом.       На самом деле даже если бы Эмма и захотела убить его — не смогла бы. Меч легко бы прошёл через Кира насквозь. Единственным верным способом оставался только Жёлтый туман, но перехитрить его было сложно, скорее, даже невозможно.       «Ох, мой любимый старший братец вечно жалуется всем, что я вечно мешаюсь ему под ногами. А почему? Потому что я один жажду настоящих перемен и изменений в этом пустом, лишённом всякой жизни мире, в то время как он-тиран только и делает, что диктует всем свои правила. Безумец! Издавна он запретил всем Хранителям обращаться к Сфере, лишив нас единственного развлечения в этом месте — наблюдения за другими мирами, но хуже всего он ограничил нам возможность получать знания из них, угрожая забвением. Поверь, в Море нет никаких амбиций, Эмма, как нет и надежды! Он жаждет только страха, отчаяния и безнадёжности, все его стремления — это лишь цикл жизни и смерти. Он считает, что разложение может вернуть человечество к чистоте, которую породила жизнь, но он забывается. Жизнь — это не только перевалочный путь к смерти, а затем и к возрождению, но и мечты о процветании, свободе и лучшем завтра, это стремления и постоянное развитие. Я ждал изменений целую вечность, Эмма, и не собираюсь ждать ещё больше, пока Вселенная исчезнет, чтобы открыть нам лазейку отсюда. Впрочем, я почти убеждён, что выберется отсюда только он и Амос, ведь Вселенная во время своей гибели наполнится сильнейшим страхом и отчаянием. Будет много смертей, борьбы и крови. Меня это не устраивает, я хочу прикоснуться к другой жизни, Эмма, хочу своё отдельное место, где меня не будут контролировать, понимаешь? Мор следит за каждым из нас через Пустоту и, повторюсь, угрожает забвением. Никто из нас не может умереть здесь, особенно он. Я же не могу жить в вашем материальном мире, ибо это противоречит моей сути, так что тебе не о чем даже беспокоиться. Ты же уже видела зону Жёлтого тумана, верно? Значит, знаешь, что сейчас я не вру. Моё существование в измерении с другими законами невозможно».       Эмма серьёзно задумалась, стоит ли доверять ему, точно ли дело в том, что он хочет только того, о чём просил изначально. Что если все эти существа хуже ангелов и демонов вместе взятых?       «Конечно, ты думаешь, что я-злодей. Впрочем, это и не удивительно. В твоей ситуации нельзя доверять никому, однако выбор сделать всё же придётся».       — Ты сказал, что можешь предвидеть и изменять судьбу…       «Верно, — перебил её страж, — поэтому я так спокоен, ведь знаю, что твоё решение предрешено. Сейчас или чуть позже ты согласишься на мою помощь, ведь только вдвоём мы сможем добиться того, чего хотим. В конце концов, победа приходит только к тем, кто готов на всё ради неё. Так почему бы тебе не воспользоваться моими знаниями и не объединить наши силы? Я смогу удерживать твоё сознание в целостности, покажу, как использовать пространственно-временную магию, а также защищу твоё тело от физического вреда, если это будет необходимо. Ты сохранишь память своему парню, как и хотела, создашь иную версию своего мира для себя и меня, но главное — ты покажешь своим врагам, что к тебе лучше не лезть. Согласна?»       Слишком выгодное положение… Эмма не могла избавиться от чувства, что где-то в его словах существует очень серьёзный подвох. Однако то, что она видела, просто вынуждало её пойти на это. Она хотела жить. Жить и спасти всех, быть с Джейсом. Она зашла слишком далеко, чтобы взвешивать слишком многое. Чего уж говорить о том, что она на себе прочувствовала, как тяжело ей прежней доставалось удерживать своё сознание в одном месте. Что если она сделает ошибку, и это подведёт её в ответственный момент?       — Прежде чем я соглашусь, у меня есть ещё один вопрос, — снова заговорила с Хранителем она. — Ты знаешь, кто такой Рагнор Фелл?       «Тебе интересно, как он, будучи обычным магом, обрёл такую силу, не так ли? — она положительно кивнула. — Скажу тебе только одно, Эмма, у него есть свой покровитель, от которого он получает силу. Эта тварь опасна, но вместе мы справимся с ней. Скажи, ты готова довериться мне?»       — У меня нет другого выбора.       Джейс никогда не думал, что во Вселенной существует подобное место, но ещё больше он не представлял, что будет спорить с живой книгой о том, что Институтом Нью-Йорка в прошлых временах управляли вампиры.       — Нет, это откровенный бред, вампиры не могут даже ступить на святую землю, тут нужно внести поправку. Итак, записывай: в 1920 года им управлял Эдгар Грэймарк и Эдит, затем в 1980-е — семья Уайтло, — диктовал он сборнику под названием «Институт Нового Нью-Йорка». — После им руководила Мариза и Роберт Лайтвуды, затем его Главой стал Александр Гидеон Лайтвуд-Бейн. Последнее запиши правильно. Лайтвуд-Бейн. Это очень важно!       — Перезаписываю, господин Эрондейл, — ответила книга, и буквы её начали вздыматься вверх, меняя свою последовательность и складываясь в другие слова и предложения. — А теперь ответьте, указать ли ваше имя в графе «Корректоры»?       — А ты можешь и это? — удивился парень, но ответить ему не дали.       «Ты десять минут здесь, Эрондейл, а уже хозяйничаешь в моей библиотеке, переписывая истории других миров? Немыслимо. Ты хоть понимаешь, что наделал? Ты вернул вампирам альтернативного мира их проклятие, лишил их того, за что они боролись веками».       Кир появился внезапно, будто из ниоткуда. Джейс даже уронил книгу и чуть не потерял ещё и фонарь от неожиданности. Впрочем первая не упала, а полетела обратно на полку, с которой взял её охотник.       — Где Эмма? — без колебаний спросил блондин, но всё же поглядывая на него с опасением и удивлением.       Живой дым принял очертания человека и остановился напротив охотника:       «Твоя спутница здесь, но в другом зале, в который ты не попадёшь, пока не выслушаешь меня. Но прежде… отодвинься от книг, пока не вмешался в сотни других жизней».       — Чего ты от нас хочешь? — напрягся охотник, но всё же выполнил его просьбу.       «Скажу сразу, что ты меня совсем не интересуешь, Джейс. Я мог бы забрать твоё оружие и оставить тебя сходить с ума в моём лабиринте, — блондин нагло хмыкнул, ожидая подобного ответа, — но у нас есть общая цель — защита Эммы. Ты ведь тоже хочешь этого, не так ли? Хочешь, чтобы она выжила».       — Да.       «И ты готов пойти с ней в долину Измерений?» — добавил Хранитель.       — Да хоть к чёрту на рога, я не оставлю её одну.       «Какая решительность для того, кто так близок к смерти. Ты ведь осознаёшь, что пока ты здесь, трещина полностью лишит тебя разума, если только попробуешь приблизиться к Сфере? Ты будешь испытывать колоссальную боль, Джейс, но из-за того, что не сможешь умереть, сам пойдёшь в зону Жёлтого тумана».       — А ты собираешься предложить мне решение, да? Полагаю, поэтому я здесь, — догадался блондин, чем тут же вызвал у собеседника довольную усмешку.       «Схватываешь, охотник. Я хочу заключить с тобой сделку. Я помогаю тебе пережить встречу с трещиной, а ты защищаешь Эмму до тех пор, пока она не получит свою силу. Я знаю, ты уникальный охотник, тебе по силам отвлечь ваших врагов».       — Слишком выгодное предложение от того, кого видишь впервые. В чём подвох?       Джейс сложил руки на груди, понимая, что у этого существа есть свои виды на Эмму. Это ему совсем не нравилось, однако возможность помочь своей девушке большей частью перекрывала половину его опасений.       «В моей силе. Видишь ли, я появился здесь благодаря людям. Их жажда к знаниям, стремления к переменам, постижению непостижимого, а также желание изменить собственную судьбу — всё это создало мощный движущий импульс перемен. Устремления людей породили силу, которая может менять ход истории. Я — воплощение этой силы. Я имею уникальный дар предвидения, потому могу и изменять судьбу, хотя физически сделать это сам бессилен. Я собираюсь помочь Эмме, но пока её силы не пробудились, часть моих в некотором роде тоже ограничена. Она ведь совсем не доверяет мне, Джейс, а это значит, риск провала остаётся. Потому, чтобы наладить между нами связь и баланс между нашими силами, я должен перестраховаться, но для этого нам нужен ты».       — Выходит, я лишь отвлекающий манёвр?       «Тебя это не устраивает? — спросил страж, а потом тут же добавил: — Ты ведь хотел помочь ей, разве не так? Я бы справился и сам, поверь, но моё вмешательство в чужой разум требует согласия с другой стороны. Впрочем, пару действенных трюков я бы ещё смог провернуть, но Джейс, пойми одно: если мои силы привлекут внимание моего брата, вся наша задумка с Эммой рухнет. Мор не позволит мне помочь вам и получить желаемое».       — Что всё это значит? Ты собираешься внедрится в голову Эммы?       «Ей необходима моя помощь, но тебе этого не понять. Однако право рассказать тебе всю правду я оставлю за ней, а сейчас обсудим то, что ты должен сделать».       Перед финальным походом Кир, как и обещал, оставил Эмму и Джейса одних, чтобы они могли всё обсудить. Его вид, развеивающийся и исчезающий в глубинах библиотеки, вызывал серьёзные опасения у Джейса, ведь он сам, Алек и многие другие охотники знали, какого это быть под контролем другой сущности. Эмме он такого счастья не желал, хоть и обстоятельства упорно наталкивали их на это решение. В какой-то момент весь их разговор зашёл в тупик. Эмма была решительно настроена следовать плану Хранителя, в то время как Джейс, услышав новую информацию о её прошлом и Фелле, не решался озвучить собственную идею.       Она была простой, но он знал, что девушка не согласится с ней. Он бы и сам не согласился остановиться только на том, чтобы закрыть трещину и лишить её сил охотников, ведь в этом случае ей пришлось бы бросить своё измерение, свою семью и всех, кто был ей там важен. Джейс же будто пытался сравнить свою собственную ценность для неё с её прошлым, ставил её жизнь в приоритет перед всем остальным, что было ей также важно. А ведь он видел всё это важное, видел, как тяжело ей далось уйти сюда, знал, как она старалась и шла к тому, чтобы стать достойной охотницей, которой будут гордиться родители, а главное она сама. Своим предложением Джейс буквально попросил бы её перечеркнуть всё это, лишил бы её возможности быть, той кем бы она хотела быть. Он просто хотел, чтобы она выжила. Без риска. Без этих странных новых сил. Сам он был готов рискнуть, точнее, он был почти уверен, что смог бы остановить Фелла при помощи меча Амоса, пусть тот и нёс в себе скрытую опасность. В конце концов, он ведь победил самого Хранителя и даже уничтожил Асмодея. Нужно было только убедить Кира помочь ему, но это было невозможно, ведь он предельно ясно выставил свою цену за помощь. Впрочем, даже на него можно было найти воздействие тут, например, попробовать обратиться к другим Хранителям.       Нет, Джейс не мог заставить себя сказать это, как и загнать их в ещё большие проблемы, поэтому он решил поискать другие пути. Пока не было Кира, они с Эммой, которая также не доверяла бестелесному стражу, но согласилась только, чтобы успокоить душу Эрондейла, попытались найти ответ в его книгах. К счастью и сожалению, желающих помочь им нашлась целая сотня. Говорящие сборники постоянно уводили охотников не туда и показывали им не совсем то, что они искали, а потом и вовсе началось творится настоящие безумие. Принцип игры в «глухой телефон» знаком почти всем, но никто не представляет к чему он может привести в подобном месте. Вскоре охотников окружил целый вихрь из книг с почти бесполезным содержанием. Некоторые, впрочем, подходили им, но они были о других Браунах. Спросите, как можно было разобраться во всём так быстро? Что ж, зачарованные книги сами могли рассказывать своё краткое содержание и отвечать на вопросы о нём. Нужная книга нашлась спустя час, и Джейс почти обрадовался этому, однако на том месте, где они ушли в Междумирье были чистые, ещё не написанные листы.       — Может, спросим об этом у Кира? — предложила охотнику Эмма.       — Нет, — ответил блондин. — Вдруг он к этому руку и приложил. Лучше попробовать другое.       — Что?       Эрондейл ничего не ответил и попробовал провернуть с книгой тот же трюк, как когда только попал сюда, но ничего не вышло. Текст в воздухе складывался, но тут же растворялся на светлых страницах.       — Это бесполезно, Джейс, у нас нет другого выхода, — Эмма осторожно забрала у него книгу и тут же отпустила её, и та упорхнула на своё место.       Блондин развернулся к ней в воздухе, посмотрел в зелёные глаза и сказал:       — Ради тебя я готов рассмотреть все варианты, и… в твоей голове не должно быть место для кого-то другого, кроме меня, поэтому давай поищем ещё.       — Ладно.       Она не стала настаивать, хоть и догадывалась, что эти поиски их ни к чему не приведут, но она понимала желание Джейса изучить всё досконально, ведь на кону стояло слишком многое.       Охотник сделал ещё несколько запросов, и они тихим шёпотом понеслись по стеллажам. Вскоре к ним вылетели первые книги о будущем Лайтвудов.       — Почему Лайтвуды? — поинтересовалась Эмма.       — Я хочу узнать, живы ли они в этот момент.       Девушка подлетела ближе и приобняла охотника, чтобы задержаться рядом с ним и узнать, что произошло в их отсутствие, однако открыть книгу им не дали. Точнее, она просто упорхнула от блондина по повелению библиотекаря.       «Ваши друзья живы, и скоро вы встретитесь с ними, однако до этого смотреть в их будущее я вам не рекомендую. Вы-люди мало что понимаете в последствиях сделанных самими же вами изменений».       — А разве ты не уверял нас в том, что мы всё равно победим? Так какая разница в том, чтобы узнать такую мелочь? — со всей почтительностью нахмурился Джейс.       «Всё имеет значение, даже мелочь. Ну, так вы готовы отправляться?»       — Да, готовы, — ответила Эмма, взяв Джейса за руку и покрепче сжав её.       Хранитель кивнул головой, а затем сказал охотникам следовать за ним. Он буквально нырнул в глубины своей библиотеки, то же самое сделали Эмма и Джейс. Не отпуская рук, они неслись за ним мимо огромных древних стеллажей, погружённые каждый в собственные мысли, которые не затмевал даже монотонный шёпот книг и свитков вокруг них, а затем погрузились в созданный Киром портал.       По другую сторону их ожидал абсолютно пустой каменный зал с огромной аркой впереди, сквозь которую виднелась та самая долина, куда они так упорно шли. Кир остановился напротив их лиц, но спиной к тёмному проходу, и Эмма наконец смогла заметить яркий свет в области груди, исходящий от мелкого кусочка ведьминого огня, что был совсем не заметен в светлой библиотеке. Вытащив кулон наружу, она не поняла, показывал ли тот на проход или на стоящего напротив них стража, а затем и вовсе забыла об этом, услышав звук упавшего на каменный пол фонаря и почувствовав, как ладонь Джейса резко соскользнула с её руки.       — Джейс!       От головной боли перед глазами Эрондейла всё полыхнуло, охотник даже отвлечённо подумал, что «искры из глаз» довольно реалистично описывают происходящее. Его повело в сторону, и он осел на пол, а затем и вовсе завалился на бок, чувствуя, что его мозг закипел, а самого его начало лихорадить.       Эмма опустилась рядом с ним и, переложив его на спину, схватилась за его голову обеими руками, пытаясь сконцентрировать его взгляд на себе, но тот упорно вертел головой, сопротивляясь.       — Джейс, не вертись, прошу тебя. Кир тебе поможет, ведь так?       Блондин пытался перевернуться, чтобы Эмма не видела его мучений и ужасной боли, отражающейся на его лице. Хоть он и был готов к такому, но не ожидал, что недуг примет такой оборот так скоро. До последнего ему казалось, что этот момент был ещё далеко, но вот он валяется на каменном полу на пике отчаянного эмоционального и ошеломляющего мозгового кипения, когда пора бы уже отступить от демонстрации амбиций и самоуверенности, скинуть броню, наращённую былыми травмами, быть честным с собой и не бояться показывать слабость другим. Но с Эммой всё было иначе. Он помнил, как она со слезами выскочила из кабинета Алека, когда они впервые узнали о воздействии трещины на них, и знал, что она продолжает винить себя за это. Из-за этого он не хотел проявлять перед ней свою слабость и уязвимость, однако она не оставила ему и шанса скрыть это — села на него сверху, с силой прижав его плечи к полу.       Ужаснее всего, что он чувствовал, что ему хватило бы сил сбросить её, но вместо этого он сосредоточился на настоящем и бросил взгляд вперёд, рвано дыша. Обрывки чужих воспоминаний стремительно вонзались в голову, как быстроменяющиеся кадры, но сквозь них он успел разглядеть до смерти бледное и взволнованное лицо Эммы и приближающегося к ним двоим стража.       — Прошу, Кир, скорее, пока он не потерял сознание, — просила девушка, и Джейс понял, что был готов отдать всё и даже продать собственную душу, чтобы стереть это выражение с её лица.       Грудь его то сильно вздымалась, то опускалась, но он натянул улыбку пошире и прохрипел:       — Может, лучше поцелуешь меня, чтобы всё прошло?       Охотница на секунду выпала из реальности, утонув в его самодовольной улыбке, залитой кровью, что текла из носа, казалось, не переставая.       — С тебя хоть что-то может сбить всю эту спесь?       Он помотал головой, и она наклонилась к нему и прикоснулась к его губам своими. Мир вокруг них, казалось, потемнел, оставаясь на языке солоноватым привкусом крови. Дыхание Джейса, что и без того было неровным, сбилось ещё сильнее, горло пересохло, и дышать стало совсем тяжело. Не теряя времени, он вытащил из кармана стило и передал его девушке:       — Если не смогу терпеть, усыпи меня. Ничего другого не нужно.       — Но…       Она бы хотела активировать ещё несколько его рун, чтобы он мог легче перенести всю эту боль, но тот велел Хранителю приступать. Когда же призрачная рука стража прошла сквозь его голову и задержалась в ней, тело охотника резко оцепенело, а дыхание замерло. Кир начал копаться в его голове, тасуя его память, как колоду карт, раскладывая его и чужие воспоминания в две разные стопки, в то время как сам охотник едва не выгибался на холодном полу, рычал и покрывался потом.       У Эммы ломило все внутренности от одного его вида. Как никто другой она знала, что на любой войне без жертв не обойтись, только вот легче от этого не становилось. Если бы они только могли не проходить через всё это, если бы она только не появилась на пороге их Института.       «Успокойся, охотница, ты не единственная, кто боится потерять. Он испытывает к тебе абсолютно те же чувства. Вам двоим следует запастись силами и терпением, чтобы получить желаемое», — раздались в её голове слова Хранителя, и она чуть успокоилась.       Через десять минут Джейсу стало гораздо легче. Стена, которую выстроил в его голове Хранитель, сработала, только вот сам процесс её наложения вызывал у Эммы беспокойства. До этого она никогда не замечала, чтобы глаза охотника принимали ярко-золотой оттенок, а руны на теле горели без применения стило, что было свойственно охотникам их мира. Только потом, когда всё было кончено, она вспомнила о крови Итуриэля в его венах, и тем не менее не могла не проверить, чья именно память осталась внутри него, а чья скрылась.       Джейс не удосужился ответить на её вопрос. Стоило Эмме сдвинуться ниже к его ногам, а стражу упорхнуть в сторону, как он тут же поднялся на локтях и тут же сел, принявшись восстанавливать дыхание и вытирать кровь с лица.       — Где мы и как мы здесь оказались? Не помню, чтобы пришёл сюда самостоятельно… Во что ты меня втянула, Браун?       — Джейс, ты… ты… — Эмма не знала, что сказать, она попыталась слезть с него, как блондин ослабленной рукой схватил её за предплечье.       — Расслабься, милая, я пошутил.       — Ты не исправимый болван, знаешь? — беззлобно спросила она и, тут же спокойно выдохнув, придвинулась ближе к нему и обняла его за плечи.       — Ты говоришь в точности, как Алек, — ответно прижался к ней охотник, — только вот от твоих слов моя мотивация поступать по-другому тает ещё больше.       — Ладно, ты правда в порядке? Голова не идёт кругом?       — Мне терпимо, но, если волнуешься, ты можешь нанести мне пару рун. Мне сейчас катастрофически не хватает энергии.       — Да, конечно. Сейчас.       Она подняла стило, затем вытерла уголки покрасневших глаз рукой и отодвинула край футболки блондина, оголив его плечо. Прежде чем нанести руну Энергии, она как-то слишком тяжко выдохнула и, избегая прямого столкновения с голубыми глазами, виновато произнесла:       — Прости меня, Джейс.       — Девочка моя, не вздумай извиняться.       Он запустил руку в её волосы и, чувствуя, что не может удержаться, притянул шатенку к себе и поцеловал её в губы. Хотел бы он задержаться в этом моменте подольше, насладиться им, но их безбожно прервали. Голос Кира, напоминающий о деле, за секунду перекрыл парочке весь кислород.       «Любовь — единственная вещь, которой невозможно дать слишком много, перед ней бессильны даже ужас и мрак смерти. Однако второе ждёт большую часть измерений, если все мы не поторопимся».       — Он прав, — с неохотой согласился с ним Джейс, в то время как Эмма принялась рисовать руну на его плече. — Сколько у меня времени?       «Два часа, может чуть больше, поэтому необходимо как можно быстрее разделиться».       — Что? Разделиться? Но разве мы не идём одним путём? — девушка попеременно посмотрела сначала на Хранителя, а затем на своего парня.       — Проблема в том, что другие Хранители знают о моём состоянии, Эмма. Кир сказал, что Мор наблюдает за всем в Междумирье через Пустоту, а значит, если он увидит, что я спокойно иду к сфере вместе с тобой, точно заподозрит неладное.       «Джейс отправится сразу после нас. Незаметно он перейдёт через зону Жёлтого тумана на другую сторону, в то время как ты будешь двигаться по центру и возьмёшь всё внимание Мора на себя. Этот магический фонарь достаточно яркий, он его не упустит. А тебе, Джейс, нужно быть осторожным, когда окажешься по ту сторону».       Эмма слушала их и не понимала, почему никто из них раньше даже не заикнулся об этом. Она была крайне несогласна с тем, чтобы Джейс шёл окольным, да ещё и настолько рискованным путём, но должна была либо принять это, либо убедить его в том, что это решение крайне неразумно.       — Это слишком опасно, Джейс, неужели без этого совсем никак?       — Мы же уже были в той зоне и выжили, — принялся убеждать её парень, — к тому же Кир уверен, что всё пройдёт хорошо. Погибнуть можно только в тому случае, если нет плана и подготовки, а я…       — Ты забываешься, Джейс. Первый раз ты вытащил меня оттуда, потом тебя спасла я. Только поэтому мы выжили. Это место… сначала оно кажется удивительным, но стоит подумать о том, что ты можешь спокойно пребывать в нём, как становится уже слишком поздно.       — Ты не понимаешь, если я хочу защитить тебя, то должен пойти.       — И почему я должна согласится на это? — нахмурилась она.       — Хотя бы потому, что у нас совсем нет времени спорить об этом. Я был в измерении демонов, Эмма, уж здесь один как-нибудь управлюсь.       — Нет, всё это слишком… — она оборвала собственную речь, закрыла глаза и замотала головой.       Джейс поднял фонарь, подошёл к девушке и протянул его ей вместе с обрывком листка, на котором было написано заклинание для его открытия:       — Вот, увидимся на другой стороне. Будь осторожна, чтобы я был спокоен. Обещаю, со мной всё будет в порядке. Я сделаю всё, чтобы те двое даже не смогли приблизиться к тебе.       «Больше не говори ей ничего, лишние знания ей не к чему».       — То есть у вас двоих есть ещё один план?       — Разумеется, — улыбнулся охотник, незаметно коснувшись меча.       — Думаешь, зная тебя, это должно меня успокоить? — она уперла руки в боки, но чёртов фонарь мешался и вышло это не так убедительно, как она рассчитывала.       — Ты ведь меня знаешь, я не буду прятаться в твоей тени, даже если ты пожалуешься на это Иззи и та потом убьёт меня.       — Ладно, я попробую довериться вам, — она сняла с шеи кулон и предала его блондину в руки. — Это поможет тебе сориентироваться, не потеряй и будь предельно осторожен.       — Ты такая красивая, когда заботишься обо мне. Давай уже поскорее избавимся от всех этих ненужных клинов между нами. Мне не терпится увидеть, как ты спокойно вздохнёшь, когда всё это проклятие наконец кончится.       — Я люблю тебя, Джейс, и будь осторожен.       Его уголки губ чуть приподнялись, после чего он притянул шатенку к себе, прошептал ей на ухо несколько слов, от которых всё внутри неё приятно перевернулось.       Она прильнула к нему, как блуждающий в жаркой пустыне путник приникает к последнему глотку воды, а затем резко отстранилась и спешно направилась к арке.       — Уходим, скорее, пока я не решила остаться здесь навсегда, — проговорила она Хранителю по пути.       Бестелесный страж оказался возле неё буквально в ту же секунду и, пока она смотрела на Джейса, как призрак, незаметно вошёл в её тело. Глаза её защипало, но она успела кивнуть Эрондейлу на прощание, прежде чем вылететь наружу.       «Ты испытываешь не те эмоции, милая. Ты вот-вот победишь всех, но сейчас просто готова разрыдаться».       — Я никогда не просила ни для себя, ни для других такой судьбы. Джейс рискует собой ради меня, а я никак не могу перестать винить себя за то, что причинила ему, его семье столько проблем. О глобальных проблемах я даже думать боюсь. Как ни посмотри, а было бы куда лучше, если бы меня совсем не существовало.       «Но ты существуешь. Подумай только, сколько тысяч лет люди сетуют одним единственным вопросом — в чём смысл их жизни. Не многие находят на него ответ, но тебе совершенно не стоит беспокоиться об этом».       — Если ты пытаешься меня успокоить, то знай, что это не работает.       «Ох, охотница, я совсем не собирался успокаивать тебя. Я просто не способен проявлять чувства сострадания. Сейчас тебе стоит ускориться и перестать говорить со мной вслух, иначе это привлечёт лишнее внимание. Путь до Сферы не будет слишком простым, так что возьми себя в руки и сконцентрируйся».       Эмма лишь сдержанно кивнула и побежала ещё быстрее. Впереди была темнота и высокий протяженный коридор из Жёлтого тумана, под ногами — вязкая слизь, скрытая под низкой белой дымкой, уходящей по обе стороны от девушки, но глаза и сердце девушки упорно рвались назад.       Два часа, у них всего лишь два часа. Надо прибыть на место раньше, пока блок в голове Джейса не рухнул.       Она активировала руну Ускорения, и ноги понесли её ещё быстрее. Мельком она вспомнила, как они с Джейсом таким же образом убегали от демонов-кури в разрушающемся Идрисе, что показал им Разиэль. Камни, трава, массивы земли тогда отрывались от последнего сохранившегося в её мире островка, населённого уже одними только демонами, и падали в некуда. Горько, что именно так и сотрутся их с Эрондейлом измерения, если они не уничтожат трещину.       Девушка смахнула слёзы, упорно отгоняя от себя плохие мысли. Сфера была всё ещё далеко, а белый туман по краям от неё уже через десять минут начал подозрительно клубиться, принимая очертания чего-то живого. Она на пару секунду остановилась, насторожившись, но голос Кира в её голове велел ей бежать дальше.       Не успела охотница сделать и шагу вперёд, как с разных сторон от неё начали раздаваться знакомые мерзкие звуки, словно нечто жуткое пыталось отлипнуть от вязкого липучего субстрата, сдирая с себя куски плоти. Белый туман, тянущийся по краям её дороги, принял очертания животных с мелькающими красными глазами. Демонические псы — тут же признала их Эмма, — выстроились в ряд на всём её пути, грозно взирая на неё и злобно скалясь.       «Не волнуйся, охотница, они не причинят тебе вреда. Они всего лишь галлюцинация, — мысленно подтвердил её опасения страж. — Мы находимся слишком близко к границам Жёлтого тумана. Его пары отравляют всё ближнее пространство, а пространственно-временная энергия Сферы измерений влияет на всё, что находится на этом острове, поэтому тебе нельзя здесь задерживаться».       Девушка побежала дальше, но внимание то и дело приковывалось к красным глазам, что взирали на неё со всех сторон. Вскоре тишину вокруг неё разорвал громкий собачий вой. Туманные твари грозно зарычали, принимая более живые очертания, затем прижали морды вниз, готовясь к нападению.       «Я же говорю, не смотри на них! Разум может откликаться на сильные эмоции!»       Эмма помотала головой, пытаясь выбить из себя этот морок. Однако на этом галлюцинации не закончились. Спустя какое-то время на её пути материализовались ещё и ангелы. Прямо на её глазах их вид стал изменяться: руки стали массивными птичьими лапами, пальцы — длинными острыми когтями. Всё, как и показывала ей Сфера. Однако в этот раз некому было остановить их превращение в жутких гарпий. Эмма ужаснулась тому, что не испытала к ним почти ничего, кроме злости и жуткого отвращения, а ведь вся её раса нефилимов веками служила им, но только у неё был повод ненавидеть их. Их будущее предательство, которое она увидела с помощью Сферы, до сих пор жгло её изнутри, и боль от этого была настолько острой, будто в грудь её вонзалась бензопила. Разиэль уничтожил Магнуса щелчком пальца у неё на глазах! Такое нельзя выкинуть из головы так просто, как и нельзя забыть то, как хладнокровно чародея убил и его собственный отец-демон Асмодей в обители Сивиллы.       «Птица по истине восхитительное существо, — отвлёк её от воспоминаний самодовольный голос Хранителя, — она постоянно пребывает в движении, точно сама мысль, что направлена в сторону созидания Вселенной. Любое её действие ведёт её к тому или иному пути, но только мыслительный процесс позволяет проникать в суть даже самых непостижимых явлений».       Девушка выпустила его слова из внимания. Ей совсем не хотелось рассуждать на его философские темы, к тому же перед её глазами разразилась настоящая бойня птицеголовых ангелов и демонических псов. Сияющие копья вонзались в адских тварей, повсюду раздавался вой, рык, взмах крыльев и человеческие крики, что с каждой секундой больше напоминали гарканье стервятников. По спине Эммы прошлись мурашки, когда она увидела, как стая псов раздирала одного ангела.       «Междумирье не место для ангелов, Эмма. Пустота этого измерения губит любой свет», — вспомнились ей слова Разиэля, и она окончательно поняла, почему Ангелы так боятся этого места. Впервые она была рада тому, что человеческая кровь внутри их расы существенно преобладала над ангельской. Сияние ангелов невозможно загасить, оно привлекает внимание всех тварей, обитающих в Пустоте, другое дело руны охотников.       «Ты мыслишь верно, Эмма, только вот пробыть здесь слишком долго с Джейсом вы бы не смогли. Дело в том, что люди могут достаточно длительный срок находиться в Междумирье даже без еды и питья. Однако если они хотят действовать активно в умственном или физическом плане, им всё-таки рекомендуется принимать пищу. Впрочем, возможно, я ошибаюсь и здесь играет роль чисто психологический фактор. Да, пожалуй, так и есть. Мы-Хранители сущности, более привыкшие к одиночеству, к тому же магия нашего измерения, как и наши силы, слишком сложны для человеческого понимания».       Эмма хотела спросить его о Сфере, как она образовалась, но на дорогу ей вылетел демон, и она, попав в ловушку собственного разума, попыталась перескочить через него, но тут же оступилась на одну ногу. Фонарь отскочил в сторону, а она упала в слизь и грязь, чувствуя, что не хочет больше дышать. Это место настолько осточертело ей, что прежде, чем встать, она села и с криком несколько раз ударила кулаками по земле. Ей было больно, страшно и холодно, что на мгновение она перестала осознавать себя до конца, ей казалось, что она какой-то зверь. Одинокий и дикий.       Кап. Кап. Кап.       Капли дождя начали падать на неё сверху. Боковым зрением она заметила какую-то крылатую тень рядом и повернула голову. Кир велел ей закрыть глаза и успокоиться, но Эмма с испугом впилась взглядом в чёрные белки птицеголового монстра, что тут же схватил её за горло своими острыми когтями. Его вытянутая шея и грудь тут же напряглись, а затем он гаркнул на неё с такой силой, что охотница чуть не потеряла сознание.       «Эмма, дыши! Это галлюцинация! — твердил на задворках чужой голос, но она никак не могла прийти в себя, и он заговорил ещё настойчивее: — Я могу провести тебя, но ты должна мне довериться. Ослабь контроль и закрой глаза. Быстрее!»       Она выполнила его просьбу и опустила веки. Голова её была сильно напряжена, что казалось, стоит ей полностью расслабиться, потерять бдительность, как она тут же взорвётся, а Кир сцапает её так же, как и жуткий ангел напротив неё. Но всё обошлось.       Странная энергия, точно охлаждающий бальзам, растеклась по её вискам и проскользнула внутрь мозга. Напряжение спало, а перед лицом возникла новая совершенно неожиданная галлюцинация:       — Не отвлекайся и следуй за мной.       Её копия, что умерла в Идрисе, оказалась перед ней и побежала вперёд, зовя девушку следом за собой.       «Я подумал, что тебе нужен тайный проводник, которому ты могла бы довериться полностью. Я вытащил её из твоего разума, следуй за ней и не обращай внимания на то, что будет происходить рядом, и да, это иллюзия, и она знает всё то, что знаешь ты».       Эмма подняла фонарь и с удвоенной силой побежала за своей копией. Голубой дым тянулся за её проводницей точно шлейф, и девушка ловила себя на мысли, что всё это совсем не к добру. Когда она догнала её, стены вокруг неё превратились в сотни тысяч глаз и ртов. Первые наблюдали, вторые — говорили без остановки голосом Кира. Эмма не могла разобрать эту речь, но чётко уловила коварную интонацию Хранителя.       — Не позволяй собственным демонам и сомнениям одолеть тебя, иначе они окружат тебя, а там и глазом не моргнёшь, как бороться окажется слишком поздно, — говорила её спутница. — Беги за мной и, может, мы вместе узнаем ответ на твой самый главный страх.       «Мой главный страх?» — мысленно спросила и тут же удивилась шатенка.       Ей казалось, что у неё их так много, гораздо больше, чем пальцев на обоих руках.       — Да. Мы с тобой обе смогли остаться хорошими людьми после войны, потому что смогли исцелиться благодаря тем, кого встретили в чужом мире. Их поддержка и тёплые, добрые слова затянули наши раны, и мы смогли стать сильнее. Сама знаешь, все люди страдают, когда им причиняют боль, но становятся сильнее, когда исцеляются.       Стоило девушке вспомнить о войне, как туман начал рисовать напоминающие те страшные события картины. Эмма почувствовала запах крови и гари, в то время как шатенка впереди продолжила свою речь:       — Я была сильной до самого конца, ты тоже смогла обрести внутреннюю силу, как и хотел того Джейс, — «Клевета», — подумала про себя девушка. — Но такова жизнь. Если не можешь стерпеть боль, то ничего не получишь. Мы выжили, и обе чувствовали, что в итоге умрём. Ты в отличие от меня смогла понять это раньше и подготовиться, чтобы избежать подобного исхода, но… всё это не важно, ведь есть кое-что, что пугает нас пострашнее смерти, верно?       Эмма не хотела отвечать на этот вопрос, как и не хотела знать ответ, хоть и чувствовала, как он заскрёбся в её груди, поднимаясь из самых глубин её сердца.       — Ты тоже хочешь узнать, сможет ли Джейс счастливо жить, если ты всё же умрешь? Я права?       У девушки сильно сдавило горло, и она, не в силах более бежать, остановилась. Лицо её намокло от накативших слёз, виски сдавило так, что казалось, что голова её вот-вот лопнет. Тело шатенки начало содрогаться от раздирающей изнутри боли, в то время как её спутница лишь с сочувствующим видом наблюдала за её страданиями.       — Испытывать слабость — это нормально, Эмма. Я чувствовала то же, что и ты. Если бы я только могла избавится от этого проклятого цикла, но нет… — девушка не заметила, как иллюзия подошла к ней и обвила руки вокруг её шеи. — Теперь ты должна сделать это! Слышишь меня?       Белый свет засочился из её глаз, и Эмма, чувствуя, что теряет контроль, резко встрепенулась. Тяжёлые мысли о Джейсе уступили страху быть захваченной собственным союзником, которому она по-прежнему не доверяла. Почувствовав её холодность, её копия больше ничего не сказала и молча взяла девушку за руку, уверенно потянув ту вперёд к уже маячившей на горизонте Сфере. Эмма же испугалась того, как отчётливо смогла прочувствовать, как послабление контроля над собственным духом усиливает способность Кира управлять её сознанием.       Отлично. Теперь у неё появились новые страхи и сомнения. Ей нужно было собраться, но она не могла собрать себя заново, как сделала это у Амоса, и её переживание тут же материализовалось в новую более страшную картину.       Туман начал подниматься ввысь и принял вид высокого зеркала. Он отражал её бегущую по долине фигуру. Эмма сначала не поняла, к чему была эта галлюцинация, но вот впереди и позади неё появились ещё две такие же стены, окружившие её. Из них вышло несколько десятков её копий — все мужчины и женщины, которых показывала ей Сфера. — Мы чувствуем твою дрожь, Эмма, — поочерёдно говорили они, договаривая друг за другом. — Ты угроза для всех нас, и мы одни имеем полное право прервать этот проклятый цикл, что может уничтожить всех нас.       Они начали надвигаться на неё, в то время как она активно пятилась от них в сторону. Рука её проводницы растаяла и прошла сквозь её пальцы, а через секунду шатенка оказалась с фантомами один на один и почувствовала, что ноги её были уже погружены в холодную воду. Опустив глаза, она увидела знакомую водяную гладь озера Лин.       — Ты умрёшь, Эмма. Гибель двух миров не стоит гибели тысяч таких, поэтому мы пришли за тобой, — говорил чужой голос.       Она хотела ответить им, но лишилась голоса и даже не смогла пошевелиться, когда они её окружили.       «Эмма, приди в себя, ты завела нас в туман!» — оповестил о новых проблемах Хранитель, но его голос не успел достигнуть её. Её взяли за грудки и медленно, будто с заботой, погрузили в воду.
Примечания:
Отношение автора к критике
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.